— Это ты, крестник, лишку хватил. Мои враги — твои враги? Покамест, как я вижу, всё наоборот, — покачал головой Матвей Иванович. — И что это за бумаги такие? Мы что? Цари с королями, что пишем договоры о союзах?
Кажется, Картамонов обиделся.
— Не нужно договора. Я шучу. Ты уже пришел ко мне на помощь, отплачу и я. Так что давай своих бойцов, учиться вместе будем, — я посмотрел на казаков. — А что, станичники, научите и меня своим премудростям?
— Коли, барин, вы не строптивы да работать будете, так и научим, — разгладив бороду, сказал старший казак.
Было чему еще и мне поучиться у казаков. Это, кстати, еще одна из причин, которая сподвигла меня использовать моих дружинников при обучении военному делу.
— В учении строптивость — помеха. За то не беспокойтесь, — сказал я и позвал еще одного бойца, но уже из своих. — Держи, Петро, нож, направляй на меня!
Немного посомневавшись, десятник, а еще и кузнец Петро так и сделал.
— Вот, — быстро забрав нож у Петро, сказал я.
Все достаточно просто, если только противник не ожидает таких действий. Я отвлек Петро толчком в плечо, а после забрал, схватив за лезвие, нож.
— А ну-ка! — все тот же старший над казаками решил так же поиграться ножиком.
Хлопок в бок, и правой рукой я выдергиваю нож из рук казака. В этот раз пришлось чуть сильнее схватиться за лезвие, благо, что до того я надел перчатки, а то здорово рассёк бы пальцы.
— Не… А еще? — недоуменно посмотрев на свою руку, в которой только что держал нож, сказал казак.
Второй раз уже не получилось, только перчатку порезал.
— Вот! — победно воскликнул казак.
— Так-то оно и есть, что «вот». Но ты же во второй раз знал, что я буду делать, вот только и думал о том, сжал нож сильнее. А коли не знаешь? То-то, — я наставительно поднял указательный палец кверху.
Ко мне уже подошел сам Матвей Иванович, видимо, также пожелавший проверить свою, а прежде всего, мою реакцию, но…
— Барин! Вакула с хлопцами скачут, а с ними карета, — прокричал один из мужиков.
Я посмотрел на дорогу, ведущую через парк, где уже были заложены сразу четыре домика. Да, ехала карета, а сопровождали ее пятеро моих дружинников. Но я же сказал, чтобы никого не пропускали? Что за новости! Нопороть горячку я не стал, а решил дождаться, когда подъедут.
Сам подошел к карете, показавшейся мне знакомой. Дверцы отворил мужик-кучер, и оттуда…
— Вы? Тты?.. Что ты тут делаешь? Зачем приехала? — спросил я.
Глава 4
— Вы что, совсем не рады меня видеть? — спросила Эльза.
Я не сразу ответил, а продолжал стоять в некотором недоумении. Первое, что в голову пришло, так это послать чертовку к её братьям-чертям. И несмотря на то, что в голове всплыли подробности нашего времяпровождения с этой привлекательной особой, оказавшейся столь навязчивой, я не не готов был теперь заключить Эльзу Шварцберг в объятия.