К удивлению мужика, его не отчитали, не обозвали. Елизавета Леонтьевна только задумалась, завлекательно поджав нижнюю губу.
— А ты вид делай, что пробуешь скрасть эту девку. Поезжай к Шабарину, — весело, будто осенённая великой мыслью, сказала Кулагина. — А и правда, приезжай! Я дам тебе письмо к Шабарину, договоришься с ним, он не дурак, чтобы сделать попытку скрасть ту курву — Марту, но ежели она здесь появится… не жить ни тебе, ни ей, так и знай! Ненавижу ее, гадину!
«Два сапога пара» — подумал Тарас, словив на себе колючий взгляд женщины.
Сам же взгляда от барыни отвести не мог. Как же он сейчас хотел бы показать, что такое настоящий мужик, как он может любить свою бабу! Но нельзя, Тарас знал своё место, потому даже сам опешил от мимолетной, но такой отчетливой, яркой фантазии.
А в это время вице-губернатор Кулагин, уже чуть ли не прожигая взглядом присланное фельдъегерской службой письмо, всё же его вскрыл.
Вначале вице-губернатора почувствовал страх, потом появилось даже какое-то веселье. Спасибо за хорошее настроение в момент переживаний нужно было сказать Николаю Васильевичу Гоголю, который так смешно показал в своем произведении чиновничество уездного города.
— У нас пренеприятное известие, к нам едет ревизор! — сказал Кулагин и нервно, как могут только психически неуравновешенные люди, рассмеялся.
Глава 14
— Эльза, как же я рад тебя видеть! — сказал я, спешиваясь.
И ведь не соврал, действительно рад видеть. В последнее время я достаточно часто вспоминал о знойной вдовушке. Может, потому, что молодое тело кипело взбунтовавшимися гормонами, может, из-за того, что не хотел разочаровываться в своих решениях. Ведь наиболее логичным было бы, если бы Эльза всё-таки убежала. Но она здесь.
— Мысли о побеге меня, конечно же, посещали, но женское любопытство оказалось сильнее. Мне стало очень интересно, как же вы, господин Шабарин, выкрутитесь из положения и организуете самый лучший в губернии бал за все времена, после Потемкина, конечно. Говорят, он такие балы устраивал! Ну, это, видимо, было всё же не на этих землях, — с неким задором говорила Эльза.
— А не ты ли, дорогая Эльзочка, обещала мне помочь с этой задачей? — с озорством, весело спрашивал я.
— Так я уже сделала для твоего бала столько, сколько и жена не сделала бы, — усмехнулась Эльза.
— Но ты делаешь и ещё кое-что так, как не каждая жена отважится сделать, — сказал я и рассмеялся.
Казалось, даже прожжённая вдовушка Эльза засмущалась.
Мы стояли у одного из домиков, который должен стать гостевым во время моего, надеюсь, грандиозного бала. Это был простенький домик, но выполненный очень качественно, под красивый ровный сруб, который был поверху покрашен. Одни домики были зелёными, другие красными, третье жёлтыми. Дал я волю Марии Александровне, вот она и начала вырисовывать все цвета радуги. Еще бы поставила где-нибудь статуи гарцующих единорожков, так вообще было бы как в девчачьих комнатах двадцать первого века. Да ладно, что ворчать — ведь неплохо смотрелось. А что уж говорить за местных дамочек, те были в восхищении от такой цветовой гаммы, непривычно контрастировавшей с серыми буднями. Уверен, что всем понравится, особенно женской части приглашенных на бал.