Я аккуратно улыбнулась.

— Ещё не так давно я ни о чём не знал. Ты сама только что в этом призналась. Но тебе не нужно столько в Одессе, оставь себе пять тысяч. Я слово тебе даю, что к остальным твоим деньгам я не притронусь. И за безопасность не беспокойся. Всё поместье будет перестроено, словно крепость при осаде. Сюда больше никто не придёт. Вводить войска Кулагин не сможет. Как бы он этого ни хотел, он всё равно не всесилен, — сказал я и посмотрел в сторону Архипа.

Не хотелось убивать этого бандита прямо на глазах у Эльзы. Но то, что его убить нужно, факт. И оставлять просто так тело тоже нельзя… Неподалёку было озеро… Ох, и жирные же караси будут этим летом!

— Иди в карету и переоденься. В таком грязном платье ты путь продолжать не сможешь. Я присоединюсь к тебе и помогу! — сказал я, легонько подталкивая вдову к карете.

Подойдя к Архипу, я мощно ударил его ногой в голову, отключая сознание мужика. После этого я расстегнул всю одежду, что была на бандите. Конечно же, нужно его допросить.

Ударил несколько раз по щекам, зачерпнул ладонью из лужи воды, вылил ее на лицо держиморды.

— Убивать будешь? — прошипел мужик.

— Нет… Если ты мне все расскажешь, — произнёс я.

Архип рассмеялся.

— Ты, барин, за дурня меня не держи. Ты не из тех, кто мараться не будет. Ошибаются в тебе: думают, что барана можно прирезать, но ты — не овечка и не барашек, а волчонок. Убивай, не скажу ничего, — Архип плюнул мне на штаны.

Провоцирует, гад.

— А-а-а, — заорал как резаный Архип.

Впрочем, в этот раз «как резаный» — это не фигура речи. Я всадил нож в коленную чашечку бандита.

— И теперь ничего не скажешь? — ухмыльнулся я, хотя на самом деле мне не было весело, и то, что я делал, удовольствия никакого не приносило, даже напротив.

Тошно и мерзко.

— Нет, — прошипел мужик.

Я наклонился к нему, чтобы сказать что-то грозное, но сорвиголова дернулся и прыгнул на меня. Он сразу же завалился, запутавшись в шароварах. Архип попробовал зубами до меня дотянуться, но я успел убрать голову, выставляя нож вперед. Бандит смог подняться и… рванул на выставленный нож.

Я не успел отвести руку с оружием… В моих планах не было его убивать именно сейчас, или вовсе мог оставить в живых. При этом, Архип представлял для меня ценность, как носитель информации. Если и убить, то явно после допроса… Эх!

Я не чувствовал себя палачом, я уже убивал. Вот Эльзу мне было бы сложнее убить. А мужика, который только что собирался убить меня — нет. Хотя, чего у него не отнять — он вел себя в последние минуты жизни, как боец. На войне, как на войне! А моя война, как видно, не заканчивается.