— Новая вводная, курсант! — не слушая её отборный мат, скомандовал я. — Кругом враги! Ты же маскируешься от них ближайшие десять минут, притворяясь под душем обосравшейся курицей. Да! Разрешаю не присутствовать на построении.

С этими словами вылетел из комнаты, не забыв прихватить запись. Её тут же показал инструкторам.

— Зверюга… — только и смогла произнести Якутова. — Но кто тебе дал право разрешать Палкиной не идти на построение?

— Ты же и дала, — неожиданно вступился за меня Станов. — Сама же сказала, что его приказы в наше отсутствие полностью легитимны. Получается, что в этот раз Верунчик ничего не нарушила. И отмоется от дерьма как раз минут за десять. Чётко рассчитал Горюнов…

На кросс злая и красная от стыда Палкина всё же успела. Но радости ей это не прибавило. Пусть и смогла отмыться от куриных продуктов жизнедеятельности, только запашок от неё исходил ещё тот. Ну а после зарядки инструкторы, сморщив носы, не пустили бедняжку в столовую. Чтобы аппетит не портила. Заодно дали времени помыться как следует.

На полосу препятствий пришла голодной, зато не вонючей.

— Рой могилу… — сквозь зубы прошипела мне Верка.

— Точно! — словно не заметив угрозы, довольно произнёс я. — Спасибо, что подсказала, как ты проведёшь следующую ночь.

— Чего⁈

— Не спрашивай. Пусть это будет сюрпризом. Хотя… Я же учился доброте у прапорщика Станова, поэтому дам лёгкий намёк. Могилы для мертвецов. А в давно лежащих телах иногда заводятся такие маленькие белые червячки. Есть ещё гной, если степень разложения дошла до определённой кондиции. Я знаю, где это всё достать.

— Ты не посмеешь! — воскликнула она.

Ответить ей не успел, так как пришла моя очередь проходить полосу препятствий.

Разговор продолжился после обеда, в промежутке между армейскими занятиями. Чуть ли не силком Палкина вытащила меня из класса в коридор и предложила.

— Короче, Горюнов. Предлагаю соглашение. Ты не быкуешь, а я тебя не подставляю. И ты обязан извиниться за свою дикую выходку с дерьмом. Это перебор, и очень сильный!

— Не я первый начал, так что извиняться должна ты.

— Хорошо. Вычеркнем этот пункт из нашего соглашения.

— Договорились. Единственное, чего не могу понять: откуда такая нелюбовь ко мне. Ведь нормально же расстались в Школе Спасателей.

— Я предлагаю перемирие, а не душу друг другу изливать.

— Как скажешь, Вера. Но учти, что я всегда готов к нормальному диалогу, дружбе и сотрудничеству.

— Достаточно одного сотрудничества. С остальным перебьёшься.

Облегчённо вздохнув, я вернулся в класс. Но, как оказалось, расслабился зря. После отбоя меня вызвали к себе инструкторы. Причём были не одни, а со знакомым — Старшим следователем СБ Комовым.