Точной технологии его производства он не знал, но где-то читал, что мыло получали вываркой костей. Вот и озадачил Чека. Пусть экспериментирует. А то здешняя антисанитария его порядком достала, хотя, к своему стыду, он, кажется, начал к этому привыкать и уже не так остро реагировал.

Да это и понятно. Олег помнил из истории, что первые вошеловки появились только в восемнадцатом веке, при мадам Помпадур.

Получается, что и по любимой Д,Артаньяном Констанции и по Миледи, из много раз читанного им в детстве романа про мушкетёров, вши ползали без страха. Да и сами герои и героини таких замечательных книг не мылись.

Но Олег теперь понимал, что ставить в вину Александру Дюма, что он об этом не писал, не правильно. Ведь книга была о другом. О дружбе, о любви. А вши и немытые тела - это лишь фон, естественный для того времени, и писать об этом, это всё равно, что писать о воздухе, которым дышали. Слава Семи, что в этом новом для Олега мире, паразиты, вроде вшей, отсутствовали как класс, а за чистотой тел здесь старались следить, во всяком случае, люди состоятельные и их обслуга. Для этого использовали различные масла и горячую воду. Но вот среди зависимых крестьян или низших слоёв горожан антисанитария процветала вовсю.

Олег иногда теперь размышлял и о морали эпохи, описанной любимым им в детстве писателем, хотя ведь даже не раннее средневековье было, а эпоха возрождения.

Мальчик и девочка, от голода, совершили необдуманный поступок, украв какие-то никчёмные "священные сосуды". Мальчишку поймали сразу, и прижгли калёным железом, а затем воющего от страха и боли, его приковали к галерному веслу, где он до конца своей недолгой жизни и мучился. Девочке сначала удалось бежать, но старший брат мальчишки не мучителям своего брата отомстил, нет, это было опасно. Он выследил несчастную девчонку и тоже стал её мучить, вязать и жечь калёным железом лилию на её плече.

Потом эта девочка стала девушкой. Она полюбила и была любимой, пока тот, кого она любила, не обнаружил, что над ней когда-то давно жестоко издевались. И тогда он велел повесить не её мучителей, а её саму, даже не выслушав. Дождавшись асфиксии, ну, это когда у вешаемого вытекает всё, бывший ухажёр девушки уехал в расстронных чувствах и потом страдал, не подозревая, что узел был завязан бестолково. И все Атосу сочувствовали, благородному человеку. Потому что книга была не о подлости и жестокости, а о дружбе и смелости.

Олег даже как-то во дворе слышал песню под гитару "невеста графа де ла фэээр..." и считал этого подонка, убившего свою любовь, благородным человеком.