от съеденных днем хот-догов. – Жень! – долетел до меня крик Леона. – Подожди! Забежав в туалет и закрыв за собой дверь на замок, я приземлилась на колени, мысленно благодаря хозяев квартиры за мягкий коврик. Меня моментально вывернуло, и продолжалось это несколько минут в сопровождении малоприятных звуков. Тихий щелчок взломанного замка привлек мое внимание, но мне было абсолютно все равно, кто стоял за спиной. Сейчас я мечтала умереть или впасть от стыда в кому. – Лапочка, – протянул Леон, успокаивающе проводя ладонью по моим лопаткам. – Уйди! – найдя в себе силы, крикнула я на него. Он вышел, но буквально через пару секунд вернулся с теплым полотенцем и жвачкой. Развернув меня к себе, Леон вытер мне щеки и губы. Прильнув ко лбу, он шептал извинения и покрывал его поцелуями. Я попыталась оттолкнуть его от себя, но ничего не вышло. – От меня воняет, – проскулила я, подтягивая к себе колени и пряча в них лицо. – С чего ты взяла, что запах хот-догов меня оттолкнет? – попытался отшутиться Леон. – Я убью тебя, ты же в курсе? – Приподняв голову, я взглядом почти проделала дыру в голове своего парня. – От твоих рук я готов умирать вечность, Лапочка. – Можно я поеду домой, пока окончательно не испортила вечер? Леон помог мне подняться и, приобняв за плечи, повел в ванную комнату. – Во-первых, ты ничего не испортила и родители не в курсе, что тут произошло. На кухне вовсю орет баскетбольный комментатор, так что они заняты просмотром матча, а не подслушиванием. Я умыла лицо и, взглянув в зеркало, рассматривала нанесенный моему внешнему виду ущерб. На первый взгляд все выглядело неплохо за исключением опухших и слегка покрасневших глаз. – А во-вторых? – Во-вторых, родители правда ждали встречи с тобой в ином ключе. Они, конечно, поймут причину твоего ухода, а потом все разом дадут мне втык. Но я очень надеюсь, что ты снова меня спасешь. – Состроив щенячьи глазки, он сложил руки в молитвенном жесте. – А что мне за это будет? – Я выгнула бровь, явно заинтересованная предложением. – Предупреждаю! Цена высока! Взгляд Леона моментально переменился. В нем вспыхнул нечеловеческий огонь. В считаные секунды он подхватил меня за талию и усадил на стиральную машину, врезаясь губами в рот. Поцелуи посыпались по телу, спускаясь все ниже, а одна из рук ловко пробралась под топ и сжала обнаженную грудь. Стон, вырвавшийся из меня, заставил отвлечься Леона. Он прижался ко мне всем телом, показывая, насколько был возбужден. Мне в живот уперся стояк, который даже через ткань брюк ощущался