Подумав об этом, я невольно усмехаюсь. В профессиональном спорте подобный трюк часто используют в масс-стартах. Команда специально выбирает такого провокатора, который не будет бороться за победу. Его задача в другом — дёрнуть всю группу со старта и сорвать задуманный на гонку план, потянуть соперников за собой и измотать, давая возможность своим отсидеться за спинами. Сам провокатор, конечно, тоже выдохнется, ну так в его планы первое место и не входило; он вообще, выполнив свою миссию, может сойти с дистанции.

«У Ареты сойти с дистанции возможности не будет, — мысленно прикидываю я, — но она лёгкая; если что, можно будет её и на себе дотащить!»

Я таких провокационных заданий Арете не давал — это её неугомонная и неуправляемая натура потянула её в борьбу. Наоборот, со старта я ещё пытался её остановить, но где там! У неё же на подкорке записано — ей, девчонке, надо постоянно доказывать, что она не хуже парней. Убедить её в обратном просто нереально.

«Может, оно и к лучшему! — думаю про себя, осознав всю тщетность попыток заставить Арету выполнять мои установки. — Пусть сама ткнётся носом в дерьмо — лучшей школы, чем собственные ошибки, ещё не придумано!»

К концу первого парасанга темп оторвавшейся группы уже заметно спал, и я со своим отрядом по-прежнему дышу в спины всем остальным. Поначалу мы подотстали, но сейчас уже вновь догнали последних, хоть и держали всё это время ровный шаг, рассчитанный на всю дистанцию.

Бежать еще долго, и эта отрезвляющая мысль, думаю, уже застучала в разгоряченных головах всех тех, кто повелся на азарт Ареты. Она и сама, наверняка, уже поняла, что сглупила. Я это вижу по тому, как потяжелел ее бег.

Еще до развилки мы поравнялись с лидирующей группой, и когда в соответствии с заданием я свернул на указанную для нас тропу, Арета уже откатилась мне за спину. Дальше я повел свою илу по указанному маршруту, собирая оставленные Энеем камни. Для меня эта задача не сложная: за год я здесь все тропы оббегал, и еще на старте, едва взглянув на карту-дощечку, уже представил весь маршрут.

К концу второго парасанга я начал оглядываться назад почаще. Парни подустали, но держатся молодцом, а вот с Аретой — беда. Она уже в конце колонны, и видно, что терпит из последних сил. Почти белое, осунувшееся лицо, закатившиеся глаза и рот отчаянно ловит глотки воздуха! Видно, что дыхалка уже не справляется, мышцы забиты, и бежит она только на морально-волевых.

Несмотря на ее непослушание, не могу не похвалить ее за стойкость и упрямство.

«Молодец, деваха, до конца не сдается! — мысленно усмехнувшись, качаю головой. — Что ж, посмотрим, насколько еще ее хватит!»