Расположившись за раскидистым кустом акации, я взял под наблюдение атриум с бассейном и приготовился ждать. Экзарм и Зенон расположились рядом и затихли.

Как только в общем движении возникла пауза, в моей голове тотчас же зароились сомнения и непрошеные мысли.

«И вот скажи мне, — мгновенно заговорил во мне тот гуманист, каким я когда-то был, — как ты дошел до жизни такой⁈ Приличный, законопослушный, образованный, а собираешься убить человека, как простой уголовник! Куда подевались твои принципы⁈ Убить человека ради денег! Это же пошло!»

Если честно, то подобные мысли не дают мне покоя с того самого дня, как я решил, что убийство Аристомена — единственно реальный выход из создавшейся ситуации. Правда, тут мое второе «я» немного грешит против истины. Деньги, конечно, важны, они мне не за красивые глаза достались, но дело не только в них. Деньги и землю можно было бы и отдать; не на угле и кирпичах, так на чем-нибудь другом заработаю. Я в этом уверен!

Тут дело в другом: как я уже говорил, приближается роковой рубеж, когда своим вмешательством я могу изменить ход истории, но для этого мне нужен, пусть и небольшой, но рычаг. Рычаг в виде хорошо тренированного, высокомобильного конного отряда численностью хотя бы пятьсот сабель. Та сотня пацанов, что тренируется у меня в поместье, по моей задумке, — это костяк будущего войска, а еще полтысячи всадников будут нужны мне уже на следующий год. Как я смогу их набрать в городе, где власть настроена ко мне крайне враждебно? Те люди, что хотят отобрать у меня землю, никогда не позволят мне нанимать воинов в Пергаме, да еще против Антигона! Вот вторая и, пожалуй, главная проблема, толкнувшая меня на принятие сегодняшнего решения.

«Необходимо сменить власть в городе! Как сделать это быстро и без крови⁈ — задался я тогда вопросом, и ответ пришел сам собой. — Совсем без крови не получится! Это не сказка! Местная демократия — всего лишь фиговый листок для прикрытия, а на деле никто власть без боя не отдаст!»

Пока я думал над этой задачей, а мои парни вместе с Гурушем следили за высшей чиновничьей троицей города, я подолгу беседовал со старшим братом «мамочки», вызнавая все тонкости внутренней городской политики.

Со слов Шираза получалось, что в Пергаме всем рулят четыре фамильных клана. Первый — Тарсиды со своим старейшим представителем Аристоменом. Он является архонтом (выборным главой города) и председателем ареопага (совета Тридцати шести «лучших» людей города — высшего законодательного органа). Второй — Полиоркеты, во главе со стратегом Никанором. Третий — Бурсиды, и их глава, казначей Эвит. Последняя фамилия из списка — это потомки Фарнакида со старейшиной Ширазом.