Чем дальше я заходил, тем сильнее она отзывалась: грудь под моей рукой подрагивала, дыхание сбивалось окончательно. В конце концов, когда я почувствовал, что она уже просто задыхается от поцелуя, всё-таки отстранился, позволив ей вдохнуть. Грудь у неё тяжело вздымалась, губы были влажными, приоткрытыми, глаза блестели.

Я опустился ниже — сначала к шее, затем к ключицам, дальше. Прикоснулся губами к её груди — и по комнате сразу разнёсся уже не сдерживаемый, не замаскированный поцелуем стон. Долгий, полный, такой, от которого по коже шёл озноб.

Рука, которая только что была на её груди, скользнула ниже — по боку, по бедру, к её ноге. Я провёл пальцами по коже, чувствуя, как она напрягается, как начинает сжимать бёдра, прижимая меня к себе. Чем больше внимания я уделял её груди, тем теснее она обхватывала меня ногами, и тем отчётливее становилось её желание — оно буквально жаром ощущалось даже через ткань.

Я хотел подняться выше, снова дотянуться до её губ, но Яна обхватила мою голову ладонями и не дала этого сделать. Она прижала меня к себе, ясно давая понять, что останавливаться рано. Её дыхание стало частым, хриплым, отдельные вздохи превращались почти в судорожные, а руки чуть ли не втискивали меня в грудь.

Она тихо шептала моё имя, сбиваясь, то крепче, то слабее сжимала пальцами мои волосы. Всё её тело было натянуто, как струна. И в какой‑то момент напряжение в ней достигло предела: руки, до этого цеплявшиеся за меня изо всех сил, постепенно ослабли.

Только тогда она разжала объятия, позволив мне поднять голову. На подушке лежала уже немного другая Яна — с растрёпанными волосами, вспыхнувшими щеками и таким выражением лица, в котором смешались немного смущения и тихое, очень земное счастье.

Дав ей пару мгновений, чтобы перевела дыхание, вновь потянулся к губам. Яна ответила. На этот раз сразу настойчиво и даже с жадностью, ловко орудуя язычком.

Не прошло и пары секунд, как она потянулась к моей одежде, слегка нервно теребя замок, пытаясь его расстегнуть. Напряжение в ней стало таким явным, что выражалось в слегка сжимающихся и подрагивающих ножках.

Разорвав поцелуй и глядя на немного ошарашенную девушку, я быстро скинул с себя верх, а затем посмотрел вниз, на её нижнее бельё. Яна проследила за моим взглядом и слегка смутилась, наверняка примерно понимая, как это сейчас выглядит, но кивнула.

Я взялся руками и медленно потянул на себя, пока девушка, уперевшись ногами, приподнимала попу. Бельё, хоть и с некоторым усилием, но соскользнуло и отправилось также на пол.