Девушка всплеснула руками, ещё что-то радостно пробормотала про «самый яркий кандидат за последние годы», махнула мне и буквально через пару секунд уже исчезла в потоке людей, словно её и не было.

Я задержал взгляд на арене.

Посвящение в рыцари, значит… Могло ли моё вмешательство в лесу ускорить или изменить время посвящения, или всё было задумано задолго до моего появления?

Неясно. Но ясно другое — это новые проблемы. И их придётся решать.

Теперь уже двигаясь в плотной толпе, я направился к стадиону-арене. Люди вокруг смеялись, спорили, громко называли имена кандидатов, делали ставки, обсуждали чьи-то прошлые заслуги. Я же шёл чуть сбоку, ловко обходя группы, не задевая никого плечом и не цепляясь взглядом ни за чьи лица — обычный зритель, таких здесь сотни.

Вход был платным, но денег у меня достаточно, так что я спокойно оплатил пропуск, получил на запястье простую тканевую ленту нужного цвета и прошёл внутрь, вместе с остальным потоком поднявшись по широкой каменной лестнице.

Когда собирается такая толпа — это всегда шум. Причём очень сильный. Крики, смех, выкрики имён, спорящие голоса, визг детей, всё это накладывается друг на друга. Но я просто шёл к своему месту — к ряду сидений, расположенному чуть выше середины всей арены.

Идеальное место, чтобы затеряться среди людей и при этом видеть всё происходящее внизу.

Сама арена почти не отличалась от подобных, что я видел раньше. Круглая, очень большая, с высокими, ровно выведенными стенами. Внизу — гладкая, вылизанная площадка из камня, укреплённого рунами, с четырьмя широкими арками-входами, ведущими в тёмные коридоры под трибунами. В самом центре — приподнятая площадка для сражений, метра полтора в высоту, отступающая от стен метра на три, с четырьмя лестницами по краям.

Никакого песка или мягкого покрытия. Только голый, усиленный и исписанный тонкими руническими невидимыми линиями камень, предназначенный выдерживать удары куда более серьёзные, чем обычный стальной меч.

Трибуны поднимались над ареной концентрическими кольцами, сперва резко — метра на три, а потом всё выше, пока верхние ряды не превращались в пёструю полоску. На одной из сторон, выше основной линии сидений, располагалась широкая прямоугольная площадка на высоте примерно пяти метров, со своим отдельным выходом — место, судя по всему, для тех, кого будут представлять или кто будет участвовать.

Гораздо выше неё, почти на самом верху, был роскошный балкон-платформа — с флагами, гербами, позолотой и тяжёлыми креслами, щедро украшенными резьбой и золотыми узорами. Места для элиты и самых-самых.