Если вышла чистая, но без открытой двери в душ или ванную — ничего не было. Если чистая и душ открыт — значит справилась со своим заданием.

Странная система, дикая, но, в каком-то плане — эффективная. Иначе никак не отследить грамотность работы «сотрудниц». А просто чтобы умыться тут стоит раковина и, видимо, туалет за одной из подсвеченных дверей.

Разве что только менталист просмотрит воспоминания. Но ведь и сюда прилетают менталисты, которые могут подчистить память после всего действия. Хоть это и запрещено. Однако речь о пиратах, так что всем всё равно.

Но такое я встречаю впервые. Однако, изменять своим красавицам я не собираюсь.

А девушка оказалась очень сообразительной. Она быстро поняла, что именно меня остановило, и тихо, всё ещё краснея, произнесла:

— Я могу сделать всё сама… А после этого вы просто сотрёте мне память.

Вот тут я действительно растерялся. Такого опыта в моей жизни ещё не было…

Я посмотрел на дверь, прикидывая, получится ли просто взломать систему. Получится. Но на двери от таких хитрых наверняка висит сигнализация. Слишком гладкое решение здесь стало бы подозрительным. А времени у меня нет.

Похоже, другого выхода и в правду нет.

— Надеюсь на тебя, — кивнул я наконец.

И отошёл в сторону, к стене, где был небольшой голографический экран с видом на город. Я не могу воздействовать на неё энергией, чтобы она быстро достигла пика. Это может в дальнейшем навредить девушке. Значит, ей действительно придётся делать всё самой…

Это не мои жёны, с которыми есть близость и уже сформировавшаяся связь. Это совсем другой человек. Точнее — Этараксийка. Если после не будет контакта, то это может ей очень сильно навредить.

Дальше началось то, о чём я точно никогда не думал, что однажды окажусь участником подобного.

Послышался шорох одежды. Тихое, неровное дыхание. Потом — приглушённые движения за спиной.

Я стоял у стены, не оборачиваясь.

Мысль о том, что ей приходится идти на это ради собственной безопасности, вызывала внутри мерзкое чувство. Но не к ней, а к ублюдкам в этом месте.

Всё же наверняка у них есть и какие-то наказания. О которых им не дают забыть, если всё идёт не так, «как надо».

Не знаю, о чём Этараксийка думала в этот момент, но старалась явно изо всех сил. И я не мог не допустить мысли, что в голове у неё мог быть и мой образ.

Как-то раз Ваартирия с усмешкой заметила, что я слишком хорошо думаю об их народе, почти не зная их культуры, и сужу только по тому, какими воинами они себя показывали и показывают. А потом произнесла, что среди Этараксийцев ходит немало рассказов и историй в книжках, где я спасаю ту или иную их девушку, и почти все они почему-то быстро скатываются в откровенно чувственный бред.