Глава 7 Это не конец
Катя стояла неподвижно и смотрела на собственные дрожащие руки, когда в гарнитуре, которая есть только у членов Рода, вдруг раздался голос Горленко:
— Уходите, — произнёс он. — И не спорьте. Как тактик Рода, я имею полное право отдать этот приказ и вы не сможете его оспорить.
Катя вскинула голову и увидела его впереди, среди тех, кто уже встал на место.
— Мы, старики, — произнёс мужчина явно с короткой усмешкой, — задержим врага.
девушка сама не заметила, как потянулась к наушнику и нажала на связь.
— У тебя же ребёнок… — произнесла Катя, и голос её прозвучал глуше, чем она ожидала.
На несколько секунд повисла пауза. Затем вновь раздался голос Горленко, но уже гораздо тише:
— Именно поэтому я и остаюсь. Я не смогу потом смотреть в глаза своей дочери и жене, если здесь погибнет молодёжь. И сам с этим жить не смогу.
Связь оборвалась.
* * *
На передовой стояли бойцы.
Как и было решено заранее, вперёд вышли только те, кто был старше остальных и у кого не было маленьких детей. Почти все. Кроме Горленко. У него совсем недавно родился ребёнок, но мужчина даже не подумал уходить. Кто-то должен был остаться с отрядом, чтобы координировать оборону и держать строй как можно дольше.
Мужчины и женщины рассредоточились по широкой полосе изрытой земли и подняли над собой щиты. Лица у всех были бледные, напряжённые, но взгляды оставались спокойными и твёрдыми. Никто не смотрел назад. Все смотрели только вперёд — на приближающихся врагов, на падающие с неба техники, на тьму отрядов, что уже ползла по краям поля боя.
Сердца у всех бились ровно.
Каждый из них давно понимал, что однажды этот день придёт. День, когда гвардии придётся принимать решение без лидеров, без приказа сверху, без чьей-то руки на плече. День, когда на кону окажется уже не только верность Роду, но и собственная воля. Их выбор. Их готовность отдать себя ради тех, кто ещё должен жить дальше.
Взгляды скользили по вражеским рядам спокойно, без суеты. Ни страха. Ни сомнений. Только ясное понимание: молодым ещё идти дальше, а они своё уже прожили.
Среди грохота войны раздался негромкий голос Горленко:
— Последний бой, братья и сёстры. Во имя Рода людского!
— Во имя Рода людского! — вторили ему громом остальные.
Горленко выдохнул, качнул головой и чуть хрипло добавил:
— За главой и в пекло!
— В пекло! — откликнулись бойцы.
Анатолий ударил себя кулаком в грудь и произнёс уже от себя:
— С верой в мир!
Следом по рядам прокатился тот же жест. И в этот момент на короткий миг каждому из них почудилось, что их глава где-то совсем рядом. Словно стоит лишь поверить, и он появится. И каждый из бойцов, чувствуя тепло в сердце — верил.