На этом моменте девушка очень удивлённо посмотрела на меня. Я же продолжил:

— Сейчас Этараксийцы довольно уязвимы перед Империей. Поэтому им понадобится некоторая защита на первое время. За вашу помощь я предлагаю вам двадцать пять процентов от системы Вирса, и пять процентов дополнительно за каждый год, который вы будете их защищать.

— Предлагаешь делить шкуру неубитого сарса? — усмехнулся мой оппонент.

— Так ты сам это начал, — пожал я плечами. — Я ведь не тянул тебя за язык приплетать свои дела. Вы сами решили говорить о будущем. И я лишь предлагаю вам альтернативный вариант.

— Десять, — вынес свой вердикт мой оппонент.

Раскатал губу, так раскатал. Всё же речь идёт о космической войне, масштабы которой могут длиться не одно столетие. И потом, когда у них наберётся весь возможный процент, я ещё и должен останусь.

— Семь, — ответил я. — Это максимальная уступка, на которую я готов пойти.

В зале снова повисло молчание. А затем Карлан произнёс:

— Договорились. Но всё это при условии, если Этараксийцы не пойдут лично по своей дурости против Империи.

На это я мог лишь кивнуть. Потому что прекрасно понимаю, что они не хотят прямой войны с ней лично.

Дальше с наших обеих сторон вновь посыпались требования, оговорки, предложения, ограничения, возможные уступки. Одни пункты тут же отклонялись, другие принимались, третьи срезались наполовину. Мы говорили не только о флоте и не только о пиратском вопросе.

Мы говорили о будущих поставках, о возможной покупке у Ордена кораблей по сниженной цене, о найме бойцов, о доступе к определённым маршрутам, о том, где заканчивается их ответственность, а где начинается моя.

Я старался брать не только то, что нужно здесь и сейчас, но и то, что пригодится в будущем моей империи.

К обсуждению присоединились и все остальные. Разговор действительно вышел жарким. Несколько раз Кларисса вмешивалась. Пару раз хмуро молчали те, кто явно хотел бы протолкнуть больше, но понимали, что этим только испортят итог.

В конце концов мы всё-таки заключили устное соглашение.

Почему устное? Всё просто.

Хоть я и являюсь сильной фигурой, реальной власти у меня сейчас нет. А значит, и смысла подписывать что-либо официальное или заключать какие-либо энергетические печати нет. Всё равно это будет «бумага» без трона. Или печать без государства. Поэтому теперь наша договорённость держится только на словах и «взаимоуважении».

Сказать, что кто-то из нас поимел для себя гораздо больше, было бы неправильно.

Но если говорить честно, в большинстве моментов выигрывал именно Орден.

Самый большой их плюс сейчас заключается в том, что, защищая Этараксийцев, они так или иначе смогут начать на них влиять.