За четверть часа уложился, не дольше. Кто молодец? Я молодец. Леся моя любила так говорить. В каком-то мультфильме эту фразу слышала.

— Я ничего не чувствую. — прошептала Люсильда, когда я закончил и велел Нику закрыть книгу.

— Так и должно быть, красавица. — стараюсь улыбаться зловеще, а как уж получается, бог весть. — Только, если решишь, что я пошутил, это станет самой твоей страшной ошибкой в жизни. Уяснила? Тогда, хватит рассиживаться, вставай. Новик, сними с неё цепь. — протягиваю приятелю штырь.

Мой юный гвардеец, освободив потаскуху от цепей, рассыпает принесённый с собой в сумке завёрнутый в ткань пепел, который они с Юлькой добыли вчера вечером в банной топке. Для тех, кто увидит смешавшуюся с грязью золу, это будет считаться остатками кремированной магией преступницы.

Нет, займись кто-нибудь всерьёз прояснением случившегося здесь, понятно, сразу же начнёт сомневаться в выдуманной мной версии. Только вот, никому это не надо, да и не до того сейчас, тут бы от виргийцев отбиться.

Выхожу первым, за мной Люсильда, следом Ник. От исцелённой красотки жутко пахнет давно немытым телом, даже затылком ощущаю. Ладно, исправим, Юлька свою задачу знает.

Наши шаги слышали другие заключённые.

— Принесите воды. — попросил мужской голос из-за двери предпоследней камеры. — Закончилась. Пожалуйста. Умоляем. У нас тут дети.

Не отвечаю, но, обернувшись к приятелю, говорю негромко:

— Напомнишь.

— Как прикажете, ваше преподобие. — отвечает он.

Поднимаемся на складской ярус, время я выбрал такое, что работы здесь сейчас не ведутся. Пользоваться верёвкой, чтобы подняться в тайные проходы, теперь не нужно. Готовясь к осаде, сюда сейчас стащили столько припасов, что они во всех помещениях громоздятся дл самого потолка. Забираемся к созданному мной отверстию по штабелям ящиков и бочек аки по лестнице.

Оказавшись в междустенном проходе общежития первым, руки Люсильде для помощи не подаю, сама справится. Неприятно к такой чушке прикасаться. На её волосы и вовсе смотреть страшно, какие-то жёлтые просаленные канаты. Подстричь не догадались? Ничего, исправим. Юлька приготовила ножницы для стрижки овец, притащила из прядильной мастерской.

— Сиди здесь и не шуми. Помнишь? — по тайному проходу мы дошли до дверцы в мои покои. — Чихнёшь или кашлянёшь, окажешься на столбе с содранной заживо кожей. — пугаю, отсюда ничего не слышно, разве что в полный голос орать. — Придёт та, кого ты чуть не сделала безумной. Повинуясь воле Создателя, в моём лице, она готова добром отплатить за зло. Принесёт воду, тряпки, мыло, ну, и острижёт тебя, чтобы ты меньше походила на себя прежнюю, а больше на племянницу уважаемой Эльзы Вилт.