Несостоявшаяся отравительница, гремя длинной цепью, которой была прикована за ногу к стене, закрыв глаза ладонью, отползала на заднице в самый угол, вороша ногами гнилую подстилку.

Как по мне, так цепь здесь совсем ни к чему, но раз уж положено особо опасных преступников на неё сажать, то не мне установившиеся за века порядки отменять. Ключ в виде обычного короткого бронзового штыря с прямоугольным сечением при мне, а вообще замки здесь такие, что большинство из них можно ногтём открывать. Сам я, правда, не пробовал, ни к чему мне, однако и так ясно.

— Ваше… ваше преподобие… вы… вы пришли меня мучить? — всхлипнула. — Убить?

— Не, это было бы слишком просто. — оглядываю камеру. Жаль табуретки никакой нет, сесть не на что. Совсем ничего нет, кроме соломенной лежанки, воняющего дерьмом ведра, цепи, преступницы и двух худых как скелеты крыс. Последние впрочем быстро куда-то исчезли. — За тобой должок, который ты будешь мне отрабатывать очень долго. Нет, если ты не согласна, то скажи прямо сейчас или замолчи об этом навсегда.

Всё же Юлиана молодец, что подвинула меня не жадничать в расходе энергетических нитей и изготавливать амулеты полного исцеления. Сейчас пригодилось.

Подхожу к сжавшейся в комок девице, прислоняю надетый на безымянный палец левой руки перстень с алмазом к её плечу и активирую плетение.

Вторым зрением вижу, как магические жгутики, змеями разворачиваясь в движении, опутывают тело Люсильды и растворяются в нём.

Всё, по идее, с учётом того, что я уже несколько раз её подлечивал, мощи заклинания вполне должно хватить для восстановления всех повреждений организма. Повторного применения не потребуется.

— Милорд! Господин! — стерва сейчас пребывала в шоковом состоянии. Ладонь с лица она убрала, глаза-то тоже пришли в норму. Нет, процессы восстановления будут идти ещё час, не меньше, проверено мною пару раз на фронте, однако, исчезновение всех болей Люсильда почувствовала мгновенно. — Вы меня…

— Да-да, исцелил. — подтверждаю её догадку и поворачиваю голову к открывшему от удивления рот Николасу. — Эй, друг, книгу открывай на закладке. — затем снова отравительнице, вытянув в её сторону руку. — Плетение исцелило твоё тело, но оно не смыло ни грязи с твоей души, ни клейма с твоего тела!

— Клейма? — растерялась Люсильда, рефлекторно поднеся руку к щеке.

В Кранце именно там выжигали ромбы, тем преступникам, которым решали оставить жизни и не приговаривали к рабству.

Понятно, что удивилась. «Трёх мушкетёров»- то она не читала, а значит не знала и разговора Атоса с Миледи, его бывшей женой, в трактире.