Единственным, существом, кроме домового, которое тоже все время держало брови в сдвинутом состоянии, оказалась лихо. У меня вообще сложилось ощущение, что Юния слишком уж долго прожила среди русских. Поэтому в последнее время она пребывала в постоянной древнерусской тоске. То ей не так, это не эдак. И постоянно прихода глобального пушистого зверька. Не могу сказать, что она была не права, как раз со страной угадала, тут каждые десять лет какие-нибудь катаклизмы, но так жить никаких нервов не напасешься. Если все время говорить себе, что завтра настанет жопа, когда-нибудь твои прогнозы сбудутся. И дело не в том, что даже сломанные часы дважды в день показывают точное время. Просто подобное притягивает подобное.

Поэтому я решил благоразумно дистанцироваться от: «Не к добру всс… се это. Этот Царь царей что-то задумал». И проводил время с пользой либо на заднем дворе, где валял дурака с грифонихой или изучал хозяйство, либо в кабинете Травницы, читая интересные записи, а порой и делая свои. Естественно в дневник. Непонятно только для чего и кого.

Для начала я посоздавал формы новых заклинаний. А то в последнее время (да и вообще всегда), мне доводилось обращаться к волшбе лишь когда жареный петух пытался клевать туда, куда проктологи настоятельно делать этого не советовали. И как выяснилось, совсем не зря. Тяжело в учении, легко в бою, или как там говорилось?

Первое заклинание мне вообще понравилось. Называлось оно не иначе как «Близнец» и, что неудивительно, создавало точную копию какого-либо объекта. Жалко только с формой пришлось помучиться, уж слишком она выходила заковыристой и неоднородной. Сначала линии шли широкие и длинные, а затем укорачивались и изгибались. При этом приходилось все создавать в едином ритме. Но правильно говорят, что дело мастера боится. После двадцати повторений я наконец создал мерцающую копию стола, а еще через десять собственного «я». Правда, мне очень хотелось, чтобы Матвей Зорин намбер ту двигался сам, но по факту он лишь зеркалил мои движения. Грустно, досадно, но ладно. Глядишь и подобное может где-нибудь пригодиться.

Второе заклинание называлось «Щелчок». Почему — оставалось лишь догадываться. Никаких звуковых сопровождений я не различил. Зато эффект вышел неплохим. После направленного действия заклинания, подопытный переставал видеть и слышать.

С «Теплым хлебом», я если честно, так и не разобрался. По описанию вроде оно воздействовало как нечто успокоительное, однако подопытный Гриша сказал, что никакого теплого хлеба не чувствует. А из образов у него возникло молоко, пыль и солнечные лучи, которые били в глаза. Как это заклинание могло облегчить мне жизнь, я так и не понял, поэтому перенес его в список ненужных.