Когда я переехал в дом, пусть и крохотный, но на три комнаты, то искренне недоумевал, как же я раньше жил в однушке? Тут уже и свой небольшой дворик, баня, да и вообще есть где и развернуться, и грифониху выгулять.

А вот прошло всего пару дней со времени нашего появления в особняке Инги, и я не представлял, как вообще можно жить по-другому? Казалось разумным, что в доме целых три санузла. Как минимум потому, что обнаружилась одна небольшая особенность лесного черта — Митя страсть как любил лежать в ванне. Просто этому его увлечению раньше негде было проявиться.

Опять же, можно полдня слоняться и не встретить нечисть. Учитывая степень озорства последней — почти подарок судьбы. Да и вообще выяснилось, что для комфортного сожительства у каждого в доме должен быть свой угол, где он сможет заняться действительно важными делами.

Гриша, к примеру, чувствовал себя ныне хозяином жизни. Он где-то нашел халат, нет, не купил в детском мире, а явно укоротил уже готовый, и теперь важно дефилировал в нем круглые сутки. Ему бы еще сеточку для волос и сигару в зубы — так вылитый мафиози. Жалко, что рога сетку порвут.

Вполне вольготно чувствовала себя и Куся, для которой сдвинули два дивана в огромной зале в качестве лежанки. Днем она гуляла на просторном заднем дворе, благо высокие заборы спасали от любопытных глаз, а вечером носилась по дому под неустанные причитания домового.

Последнему вообще пришлось тяжелее всего. Начнем с того, что имя Саня к нему все же прочно прикрепилось. И с этим нечисть как-то еще смирилась. А вот с тем, что мои подопечные разносили дом, пытался бороться. Правда, с переменным успехом. Сам бедолага разрывался между долгом и тем, что его приняли в семью. Под последним подразумевалось ежедневное распитие спиртных напитков и разговоры по душам. Оказалось, в первый же день Гриша общался с домовым больше, чем Инга за все предыдущее время. А это, как выяснилось, очень расположило нечисть. Доброе слово оно ведь и кошке приятно.

В оправдание своих балбесов могу сказать, что они не пытались намеренно разнести этот особняк. Просто так случается, когда крестьяне с грязными ногтями и крайне сомнительным воспитанием вламываются в графское имение и видят хрустальный сервиз. Сразу хочется все потрогать, попробовать, и порой от соблазна и всяких возможностей кружится голова.

Я считал, что ничего страшного не случилось. Просто идет процесс притирки, своеобразной адаптации. Захватившая жилплощадь орда столкнулась с цивилизацией и определенными правилами. Пройдет совсем немного времени, и мы ко всему привыкнем, а домовой перестанет дергаться. Наверное. Или мы просто доведем Саню, каким бы настоящим именем его не звали раньше, до инфаркта.