Собственно, сделать я ничего и не смог. Зоя унесла крохотного королевского грифона в дальнюю комнату, явно не собираясь обсуждать будущую судьбу скотинушки с крыльями. Хотя Лихо сопела, пыхтела и многозначительно поглядывала на меня, явно ожидая решительных действий. Ну а что? Мне надо было пойти вслед за Зоей, вырвать из ее рук грифона и убить его? Лично я на такое не подписывался.

— Зря, зря. Пока он маленький, как-то совладать можно, а потом с-с-с… придется еще кощеев привлекать.

— Может, и не надо с ним ничего делать? — пожал плечами я. — Он вроде с Зоей ведет себя вполне дружелюбно.

Юния посмотрела на меня так, что даже неудобно стало. Хорошо, что хоть ничего не сказала о моих умственных способностях. Я почувствовал себя в какой-то мере оскорбленным. Хотя Лихо ничего обидного не сказала. Интересно, есть ли статья за оскорбление взглядом? Учитывая современные тенденции, надо вводить.

— Лучше накажи своим гаврикам яму копать во дворе, с-с-с…

— Это еще зачем?

— Чтобы было куда тело скидывать утром.

После чего с гордым и независимым видом отправилась спать в свою комнату. Правда, это так только говорится — «в свою» и «отправилась». На самом деле после того, как Зоя в лучших традициях заключенных отжала «шконку у окна», Лихо на правах сильного занялась тем же самым. На мою спальню, понятное дело, никто не претендовал. Поэтому Юния выбрала единственный вариант из возможных — выселила из гостиной с электрическим камином и телевизором младшую нечисть.

Следовательно, выражение «ушла к себе» заключалось в том, что Юния сделала несколько шагов и с недовольной физиономией села на диван.

Но томный вечер не собирался заканчиваться. В этом доме я натуральным образом выступал в роли великого князя, к которому все прибегали жаловаться. Поэтому явления «гавриков» следовало ожидать. Они и пришли. Как и всегда, в самый подходящий момент, когда я уже лег.

Сначала скрипнула дверь — это тихонько пробрался Митя, а следом матрас просел под несколькими килограммами красивого и здорового (в определенном смысле) бесовского тела.

— Хозяин! Я чего-то не понял, а нам где спать?

— Гриша, где хотите, дом большой. Можно в гостиной на полу, на кухне. Пока придется потесниться, но завтра я вам закажу раскладушки.

Вот в такие моменты я очень жалел, что Алена меня покинула. Несмотря на довольно вольное отношение к деньгам, подобные бытовые проблемы она снимала полностью.

— Так Юния не разрешает в гостиной. Говорит, вошкаемся мы.

— И на кухне не разрешает, дяденька, — кивнул Митя. — Говорит, бутылками гремим и холодильником хлопаем. А когда я блокфлейту достал, она сказала, что еще раз эту дудку увидит, то засунет мне ее… в общем, куда бы мне не хотелось.