— Да мы и сами лишний раз не хотим пересекаться с ней, хозяин. Лютая она больно, — продолжил бес. — Нас-то, понятно, каждый может обидеть. Мы существа незлобливые, мягкие.

— Щас расплачусь, — уже сел я, окончательно проснувшись.

— Я к чему… Можно мы пока в бане поживем? Холодно, понятное дело, но мы ничего, существа смиренные…

— Еще скажи, верующие. Можно, конечно. Меня из-за этого вообще не обязательно было будить.

— Так еще там момент есть, самый важный. Ты же запасов никаких не купил. А нам бы посидеть, обмозговать. Мы еще пробежим по округе? По-соседски одолжим для посиделок напитков разных. С миру, как известно, по нитке.

— Можно и на бутылку собрать. Вы ведь все равно не успокоитесь, так? Ладно, валяйте. Только ты запиши, у кого сколько взяли. Потом купим и вернем. Завтра всем этим и займусь. Теперь все?

— Все, хозяин, все. Ты у нас этого, молодец. Другого такого рубежника не найти. С бабами тебе только не везет. Нет, эта Зоя вроде ничего такая, красивая. Опять же, у нее на мужчин вкус имеется.

Судя по гордо выпяченной груди, имел Гриша в виду себя. Сам виноват, пощадил чувства беса. Сказал, что скуф — это красивый представительный мужчина средних лет, о котором тайно вздыхают женщины. На что бес дружески ободрил меня. Мол, придет время, и я буду вполне себе скуфом.

— Вот только видно, что в голове тараканы. Ты уж извини, хозяин.

— У каждого свои недостатки, — процитировал я фразу из известного фильма.

— Но подумать, чтобы грифона себе взять! Это же не собачка и не игрушка какая. Они же, чуть что, сразу бросаются на обидчика. Не зря говорят, грифонов нужно убивать в детстве.

— А что ты о грифонах можешь рассказать?

— Да ничего. Я ж их в глаза сроду не видел. Говорят, раньше, когда еще охота шла на них, изредка на ярмарках привозили. А потом и вовсе всех изничтожили.

— Так, Гриша, вот тебе задание: метнись к своим старикам да узнай все о грифонах.

— Не будут они о таком разговаривать. А если и будут, то сразу тебя заподозрят, ведь не зря о таком спрашиваю. Слухи поползут ненужные. Если бы был какой опытный бес без рубежника, он бы заговорил. Только где таких взять? Мы всегда к хисту льнем. Без него долго не живем.

— Та-а-ак… — протянул я, даже сев на кровати. — Есть у меня одна идея!

— Не нравится мне твое «так», — честно признался Гриша.

— Так я не тульский пряник, чтобы тебе нравиться. Есть у меня к тебе задание.

Я стал торопливо рассказывать бесу свою придумку по спасению еще одной безвинно забытой души. Собственно, о нем я пару раз думал. Даже совесть просыпалась. Ведь это я виноват в том, что он остался один, запертый в брошенном доме в лесу. Правда, после многочисленных передряг и приключений о нечисти как-то подзабылось. Теперь можно все исправить.