он. – Что? А… да. Спасибо. Еду привезли ещё утром. Там и тебе хватит, если хочешь. – Значит, силы есть? Опускает ноги с дивана и с опаской смотрит на него: – Смотря для чего? Глаза как две перезрелые черешни. С длинными чёрными ресницами. В них предвкушение, страх, ожидание, тревога и желание. Всё сразу. Сводит его с ума своей пугливостью. Амир переводит взгляд на её приоткрытый рот. Замечает, как подрагивает нижняя губа от волнения. Как часто с ней бывает, когда он близко. Я хочу сбежать. Вижу этот тяжёлый, голодный взгляд на себе, но не могу сдвинуться с места. Тело не слушается. Секунда, вторая – Амир опрокидывает меня на спину, подтягивая к себе за ноги. Наваливается сверху, накрывая рот дерзким поцелуем. Внутри мгновенно разгорается пожар! Вспоминаю его фразу «Тебе нравится быть жертвой?». Думаю, он ошибается. Мне нравится быть ЕГО жертвой. Только его. Очень нравится! – Что ты делаешь со мной? – Шепчет мне в рот, когда прерывается, чтобы стянуть с меня футболку. – Хочу тебя постоянно. Каждую минуту думаю о тебе. Наша одежда летит на пол. Он раздвигает мне ноги и сразу входит, без лишних прелюдий и ласк, словно голодный зверь, загнавший добычу в угол. Начинает двигаться. Толчки грубые, жёсткие, постепенно становятся всё быстрее и быстрее. Обхватываю его ногами, выгибаясь навстречу. Мне безумно хорошо, настолько, что даже не замечаю, как мы скатываемся с дивана на пол и я оказываюсь сверху. В погоне за оргазмом скачу на нём, словно одержимая. Его руки сжимают мою талию, направляя, помогая не сбиться с ритма. В этих руках я превращаюсь в необузданную, алчную и распущенную Злату. Хочу испытать снова… Волна спазмов током проходится по телу. Кричу, содрогаясь в сладостных конвульсиях. Я в наивысшей точке блаженства. В невесомости. В иной реальности. Амир ещё несколько раз насаживает меня на себя, затем приподнимает и выходит, сдвинув моё тело выше. Чувствую, как дрожь проходит сквозь его тело, как бешено бьётся сердце. Он замирает, а затем медленно, со стоном расслабляется, словно сбросил с себя тяжёлый груз. Укладывает меня себе на грудь, запускает пальцы в волосы, массирует затылок: «Моя сладкая девочка. Только моя». Плавлюсь от его ласки. В этот момент мне кажется, что я абсолютно счастлива. Какое-то время так и лежим голые на полу, восстанавливая дыхание и силы. Вскоре приподнимаю голову, заглядывая ему в глаза: – Ты же понимаешь, что мы не можем только трахаться друг с другом и не разговаривать? Амир усмехнулся: «Общение со мной дурно влияет на твою речь».