но только на меня. Хочешь, в моём офисе, хочешь – у себя дома. Передвижения по городу – только с моей охраной. И, разумеется, спишь только со мной. Это основное. Убираю руку, отодвигаюсь от него, приподнимаясь на локте: – А что я получу взамен? – Меня. Фыркаю, ложусь на спину и натягиваю на себя одеяло: – Тебя? Твоё тело, ты хотел сказать. Которое буду делить с твоей женой, Алисой Сакс, и ещё кем-то, кого ты внезапно захочешь?? На удивление, Амир не отвечает резкой репликой, которую я ожидала. Поворачивается на бок и наблюдает за мной. Бросаю на него короткий взгляд и вижу его плотоядную, самодовольную улыбку. – Что? – Хочешь, чтобы я был только твой, маленькая жадная птичка? – Подносит руку к моему лицу, нажимает на губы большим пальцем. Отворачиваюсь, избегая его ласки: – Перестань всё сводить к сексу. Я хочу обычного, человеческого спокойствия. Счастья. Семьи, которой у меня никогда не было. Не хочу быть одной из твоих любовниц. И не буду! Берёт меня за подбородок и поворачивает лицом к себе: – Смотри на меня и слушай внимательно. – В серых глазах появляется стальной блеск. – Мой брак фиктивен, это выгодная сделка, которая была необходима на тот момент для меня и моей семьи. Моя жена живёт в другой стране, приезжает крайне редко, и тебя никоим образом не касается. Поэтому больше эту тему мы обсуждать не будем. А по поводу «обычной спокойной жизни», – ты сама не сможешь жить ею. Не умеешь, не знаешь, как. Ты дочь вора в законе. Затем жила с преступником и педофилом, Глебом Айдаровым. Затем жила в бегах, боясь любого шороха. И сейчас ты снова в руках преступника. Амира Мета. Я не собираюсь разводиться, но и тебя не отпущу. Просто прими это как данность. Подождал, пока я усвою сказанное им, затем коротко поцеловал в губы: – Уже поздно, давай спать. Отвернулся и выключил ночник.

Глава 18

Глава 18

Очередная чашка кофе. За окнами гудит просыпающийся город. Сижу за кухонной стойкой в своей маленькой студии и пустым взглядом смотрю на бардак вокруг. Разбросанные вещи на полу, разбитый графин, треснутый корпус ноута, перевёрнутая настольная лампа. Не могла такая хрупкая, миловидная девушка, как я, устроить подобный погром… Тем не менее, устроила. От неожиданного звонка в дверь впадаю в ступор. Он?! Откуда эта щенячья радость внутри? После запредельного унижения. Забудь, Злата. Не смей открывать. – Я знаю, что ты дома. – Раздался громкий женский голос, и затем последовал повторный звонок. Мчусь открывать, спотыкаясь о разбросанную на полу гордость. Пульс зашкаливает, до гула в ушах. Не может быть! Открываю. Слух меня не подвёл. Мимо меня вплывает грациозная, изящная и крайне недовольная Фатджета. Охранник остаётся за дверью, предусмотрительно прикрыв её за хозяйкой. Фатджета критически осматривает царящий хаос, не глядя на меня, произносит: «Вижу, страсти кипят и здесь». Не совсем понимая, что она имеет ввиду, продолжаю просто стоять и пялиться на неё. – Я присяду? Хотела бы поговорить с тобой. – Женщина снимает пальто и воздух наполняется сладким восточным ароматом. – Извините. – Скидываю с дивана барахло, расчищая ей место. Почему-то чувствую себя провинившейся школьницей перед директором. В голове чёткая иерархия: она мать Амира. Хамить нельзя, грубить нельзя, перебивать тоже. Фатджета чувствует свою значимость, потому немного успокаивается и даже улыбается. Похлопывает по дивану рядом с собой: – Присядь. Сажусь, внутренне сжимаясь от её оценивающего взгляда, пробежавшего по моей помятой пижаме. – Дело в том, что Амир стал вести себя неподобающим образом, после того, как вступил в отношения с тобой. Последние три дня он не ночует дома, игнорирует жену, вспыльчив и агрессивен. А вчера и вовсе заявился под утро пьяный и уснул в гостиной. Я никогда не видела его таким. Чувствую злорадство и тихую радость оттого, что ему не всё равно. Но вслух произношу другое: – Я не раз просила вашего сына оставить меня в покое, зная, что он несвободен. Но он не слушает. – Да, Амиру мало кто может диктовать, что делать. Даже я. Фатджета посмотрела на трещину на корпусе ноутбука, лежащего перед ней на журнальном столике. Почувствовав необходимость оправдаться, я быстро проговорила: – Мы поссорились и я… немного вышла из себя. – Бывает. Молодость, страсть. Я понимаю. Послушай меня, девочка моя. Его брак спас нашу семью. Вытащил из долговой ямы. Стал трамплином для развития