Я только приноровился ударить еще, но тут на камень обрушился меч нашего танка.

— Седалище Ихнатура! Напугал до чертиков! — выругался я, действительно не заметив, когда он успел воскреснуть.

Тот лишь хмыкнул и еще парой ударов развалил узилище Касандра.

Мать честная…

Он был похож на основательно лежалый труп. Черви покрывали его толстым слоем. Кожа была землянистого цвета, бледная и ломкая, то здесь, то там виднелись хвосты червей, заживо пожирающих моего товарища! Да-да, все это время он был в сознании!

Увидев нас, Касандр сделал слабое движение глазами. Мольбу о смерти в его взгляде не смог бы увидеть только каменный тролль!

— Иваныч! — бросил я, не желая портить и так подпорченную карму, и танк не заставил себя долго ждать.

Хрясь!

Меч с влажным чавком отсек бедолаги голову и тут же тело Касандра полыхнуло ярким пламенем, сжегшим и шевелящееся покрывало слизней.

Собравшись, наконец, вместе, мы прорубились к сражавшейся у самой скальной стенки партии легатуса Маркора. Окружив небольшой пятачок, на котором, корчась в муках, лежало несколько инквизиторов, они планомерно отбивали атаки превратившихся в големов аборигенов. Буквально каждые несколько секунд за спинами сражающихся инквизиторов возникали воины. Ситуация постепенно выправлялась, но у подло устроивших нам засаду говноедов еще были козыри в рукаве.

Пока орденские воины были заняты обратившимися в глиняных големов жителями деревни, их вожак времени не терял.

— Смотри! — выкрикнула Анька, указывая на сместившегося к краю площадки старейшину.

О седалище Ихнатура, теперь он совсем не походил на себя самого! Какая-то ходячая смесь навозной кучи и покрытых морщинистой корой побегов. Но зато в тонком мире… ублюдок был до краев напоен магией. Она вливалась в него полноводной рекой, сбираясь от каждого члена племени. Валкая и грязная сила Земли обволакивала его многослойным доспехом и копилась в уходящем на иной план реальности резервуаре. Старикан явно что-то задумал.

— Брат Яххе, с этим говноедом надо что-то делать! — окликнул я недавно переродившегося мага. Он, наконец, тоже собрал свою партию воедино (не всю, но большую часть) и принялся отстреливать подбирающиеся к нам неуклюжие фигуры в промышленных масштабах.

Жирный маг, проследив за моим взглядом, чертыхнулся сквозь зубы. И отреагировал мгновенно.

— Братие, асист по мне, по тому исчадию зла!

Ха! Получить по асисту «волну» боевой магии от партии чародеев, в этом, я вам скажу, мало приятного! Чаще всего такая забава смертельна. И каково же было мое удивление, когда невысокая фигурка, после обрушившихся на нее дюжины молний, не распалась в прах, а, воздев руки, что-то невнятно закричала, призывая своих подопечных усилить натиск на посмевших оказать отпор гостей.