Улыбнувшись, я пригубил холодное пиво. Иваныч был простецким мужиком, таким с каким я не общался многие тысячи лет. Если было весело — он смеялся, а ежели злился, начинал разговаривать исключительно матом, коли ему кто-то не нравился, то говорил это прямо в рожу. Единственно, что меня в нем напрягало (за исключением иногда слишком отчаянного пьянства), так это разговоры о Земле.
Забавно, что из нас троих только Иваныч мог свободно трепаться о чем угодно. Оркоэльф, как и я, был вынужден хранить свои тайны.
— Топор мне нужен, братцы. Вся сила в топорах! Одно дело рубить мертвышей мечом, другое дело доброй секирой, — неожиданно перевел тему танк, и тут северянину было, что ответить.
— Ну и на хрена тебе топор? Чтоб нормально им владеть — нужна добрая полудюжина Умений. Топор — слишком узкая специализация. Только супротив неповоротливых монстров или для лютой сечи. А распыляться и на меч, и на топор — не будешь крут ни там, ни там.
Иваныч задумался и, выдув кружку до дна и заказав еще одну, кивнул.
— Может и так… но мне хватит пары скиллов... Вот только цены на них…
— Во-во, — вступил я. — Сейчас надо готовить деньги на лоу 3-й грейд. Как качнемся до 40-го и возьмем Вторую профу — их понадобится просто немерено.
— Надротим, Джо, надротим. Теперь, чувствую, дело пошло. А ну-ка! — Иваны обернулся к маячившем в дальнем углу залы, средь других бадей, служке. — А ну-ка! Пива сюда еще! За это нужно выпить!
ГЛАВА 37
— Вставай, прокруст. Тебя хочет видеть епископ Деурий.
Приказ сопроводился больным пинком в бедро.
Я с трудом продрал глаза и с еще большим трудом сфокусировал их на стоящем надо мной силуэте.
Это был уже немолодой воин в кольчуге и в шапеле. Поверх кольчуги была наброшена белая накидка с вышитой с молнией. Орденец.
О срань Чарторога, на кой черт?!
— Еще раз это сделаешь, получишь врага на всю жизнь! — прошипел я, принимая сидячее положение.
Тык.
Ублюдок еще раз пнул меня по ноге и чуть отступил, нагло лыбясь.
Вот же ж сука! Его уровень конечно был глубоко за сороковой, а то и пятидесятый. И я с трудом подавил желание броситься и стереть эту сучью ухмылку с его хари!
На соседнем топчане возлежала храпящая туша Иваныча, Гаста нигде не было видно. У двери стоял еще один мордоворот в том же облачении, а в коридоре маячило еще как минимум двое. Представительная пригласительная группа, мать ее.
Башка болела ни в жизнь. Пиво в бане было только началом. Последнее, что я запомнил, это какой-то бордель в Нижнем Городе.
Кряхтя, я поднялся и собрался, было, набросить на себя «Очищение», но обнаружил, что магия мне недоступна. Стоящий напротив говноед ухмыльнулся еще шире.