— Агась, сейчас и я подоспею, — откликнулся Лорант.

Как это ни удивительно, чем ближе были к завершению его «художества», тем все больше эти простые меловые линии наполнялись силой. Каким-то образом они привлекали к себе потоки. Не перенаправяли, не завязывали на себя (как обычно работала начертательная магия во внешних мирах), а привлекали и заставляли течь сквозь. Оригинальное решение. Природу этого механизма сходу я понять не смог.

Тем временем приготовления действительно были закончены. Дюжина орденских магов застыли в напряженных позах. На первый взгляд в их расположении не было никакой системы, но все же она была. Это было место силы, (Глаз Змеи, как назвал его Лорант), но оно не было однородным. В нем самом было множество узлов и напряжений, воздействие на которых должно было привести к некоей цели, в нашем случае — к направлению сил к артефакту.

— Теперь все зависит от тебя, Джо — сказал карлик. — Камень Изала — сильнейший концентратор Линий Судьбы в этой части Галада. Нам потребуется время, чтобы считать их, отсеять лишние и вычленить те, которые могут содержать в себе признаки «провешенного» квеста. Как я и говорил, этот процесс — не из приятных. Он очень энергозатратен и очень дорог. Не сопротивляйся, иначе нам придется повторять его снова и снова.

Что это, Срань Чарторога, если не угроза, мать?! Но я не стал лезть в бочку и кивнул.

— Сюда, — под пристальным взглядом орденских магов, карлик подвел меня к статуе и буквально впихнул в ее холодные объятия.

Седалище Ихнатура, камень оказался просто ледяным!

Я выругался, и в тот же миг меня поглотила тьма.

Вас когда-нибудь разбирали на части, господа? Меня, бывало. Есть множество чар, призванных препарировать саму душу живых существ. Разобрать, расслоить, рассечь, дабы взвесить каждую молекулу, оценить, измерить и понять. Чем сильнее подопытный, тем сложнее это сделать.

Даже в нынешнем состоянии я мог запросто заблокировать невидимые скальпели, коими орудовали маги Деурия. Для доступа к моим Линям Судьбы им было необходимо отчасти соприкоснуться, слиться с моей душой. Для меня же это была ювелирная работа — и впустить их, и не показать того, чего им не следовало видеть. Хотя, они и пытались засунуть нос всюду, куда только можно. Их потуги ощущались мной как липкие прикосновения склизких щупалец. Судорожно дрожа, они рыскали по моей оболочке, вычленяя из меня вероятности.

Самое забавное, что никакого особого дискомфорта я не ощущал. Возможно, для менее подготовленных существ это и был достаточно неприятный процесс, но он не шел ни в какое сравнение с тем, что когда-то со мной проделывал сука Сугор и его сраная компания…