Стоит отдать должное Крапу. Либо я был не особо искусен в пытках, либо он оказался таким стойким, но продержался он где-то полчаса, прежде чем его окровавленная рука коснулась адского пергамента.

Договор был подписан, и после этого я просто убил Крапа с помощью [Кровожора], отправляя того в ад.

Я повернулся к Зене:

— Это была малая демонстрация того, что тебя ждёт, если не подпишешь.

Мои слова не произвели на димахершу особого впечатления, и она просто сжала зубы, когда я выволок её и бросил рядом с иссушённым трупом Крапа.

На этот раз я выбрал не кровавые методы. Кровь нужно было экономить для регенерации своей руки. Поэтому я просто начал дробить ей суставы найденной здесь же кувалдой. Один за другим. Когда крупных суставов в её теле больше не осталось, я склонился над Зеной и протянул к её лицу такой же договор, как и для Крапа:

— Ты можешь всё закончить, — сказал я.

— Да пошёл ты! — процедила Зена и плюнула.

Вот только плюнула она не в меня, а в договор.

Я удивлённо улыбнулся:

— Ну. Так тоже пойдёт.

Пергамент загорелся, свидетельствуя о заключении сделки.

— Что? Нет! — запротестовала Зена.

Но я её уже не слушал. Лезвие кинжала в её горле прервало последний крик великой воительницы, довольно поглощая поток её крови.

Я встал в полный рост и хищным взглядом окинул оставшихся пленников. Однако, ощутив на плече чужую ладонь, мне пришлось обернуться. Аска посмотрела на меня и прошептала:

— Деменс. Ты не хочешь этого делать. Это не ты. Это влияние бездны.

Я задумался. Эти люди действительно не сделали мне ничего плохого. Просто из-за своей слабости или трусости они оказались по другую сторону баррикад. Но они не заслуживали такой страшной участи, которую я уготовил Зене и Крапу.

Поэтому я даже не предлагал им договор и не стал пытать. Я просто убил их одного за другим, даруя избавление от всех этих ужасов, обрушившихся на них. Заодно я многократно ускорил регенерацию руки. Когда осталось всего двое, парень и девушка, на костях уже начали образовываться мышцы.

Но эта парочка меня удивила. Вместо того чтобы умереть, они сами предложили мне подписать договора. Они были готовы отдать души в обмен на жизнь и то, что их отпустят.

Подобного я не ожидал, но согласился. Итого: сегодняшний день избавил меня от долга в четыре души. Оставалось одиннадцать.

Я открыл их клетки и завязал им глаза, намереваясь вывести за ворота города, дабы отправить их на все четыре стороны. Но на моём пути встал уже знакомый мне балам из Гоммораха и ещё несколько разумных, как позже выяснилось, из военного совета.