Поэтому ловкач расслабился. После очередного пропущенного удара, я упал на одно колено, истекая кровью и тяжело дыша.

— Это всё? Даже жаль. Ты подавал надежды. Значит, пора прощаться.

Претор рванул ко мне, но я встретил его размашистым ударом меча, сбивая противника с ног. Теперь моя ловкость была не ниже, чем у него. Но силы и выносливости несравненно больше.

Я взревел. Ярость вновь обуяла меня, и я прыгнул на ловкача, занося свои мечи для последнего удара.

Но тут в битву вступили его напарники. Увидев, что Аристану резко поплохело, магичка отбросила меня силовой волной.

Теперь они воспринимали меня всерьёз. Кряхтя, ловкач вернулся к своим соратникам, и они встали в боевые стойки.

— Игры кончились! — вышел вперёд старик.

— Забавно. Я хотел сказать то же самое.

Началась драка.

— И это те самые преторы⁈ Втроём не могут справиться с одним! — подначивал я противников, пропуская мимо себя выпад меча старика.

Контратаковав, я обнаружил, что его щит не поддаётся действию [Дробильщика]. Неужели тоже неразрушимый?

Моей заминкой воспользовался ловкач, всадив мне клинок в спину, пробивая сердце. И я вновь применил уже опробованный трюк с ложной смертью, медленно оседая на землю.

Аристан, уверенный в своей победе, подошёл ко мне поближе, и когда он оказался на расстоянии удара, я сломал ему колено точным ударом [Истязателя]. [Дробильщик] я применять не стал. Уж больно красивые у него были доспехи, которые я возжелал затрофеить. И этого удара хватило, чтобы обезвредить самоуверенного ловкача. Он издал глухой хрип и упал, держась за повреждённую ногу.

Я отпрыгнул в сторону, пропуская мимо себя шаровую молнию магички. Однако она успела зацепить меня по касательной, что было мне только на руку. Ведь защита от молний мне сейчас пригодится.

Отходя, я снёс голову Аристану. После этого я ещё долго смаковал в памяти его ошарашенный взгляд и шокированные возгласы его товарищей.

Встав во весь рост, я оскалился своей фирменной улыбкой хищника:

— Один, ноль. Ну что, продолжим⁈

— Ты поплатишься! — взревел старик.

Его фигуру окружили молнии, которые не причиняли ему никакого вреда. Это было заклинание магички, которое она наложила на союзника. Надеясь на своё сопротивление магии, я ринулся на щитовика, но переоценил свои возможности. Молнии всё ещё наносили мне ощутимый урон, и всё моё тело сковало судорогами.

Старик занёс свой меч, но когда тот должен был снести мне голову, его кисть внезапно разжалась, выпуская оружие из хватки. А я услышал голос Аски позади:

— Быстрее! Пока я его держу!

Афеллио убрал свою защиту, и девушка, держась за виски, вперила свой взгляд в старика. Похоже, что это был тот трюк, которым меня контролировала Гела на арене.