Господи. Миры не просто столкнулись. Они сошлись в одной жуткой, тошнотворной точке.
— Ильдар… — прошептала я, делая непроизвольный шаг назад. — Мне их присылает маньяк.
Глава 30
Квартира Валиева напоминала стерильный командный пункт из какого-нибудь голливудского блокбастера про кибершпионаж. Никаких уютных пледов или милых безделушек. Только бетон, стекло, матовый металл и панорамный вид на Москву, которая сейчас казалась враждебной и холодной.
Я сидела на огромном, неприлично дорогом кожаном диване, поджав под себя ноги, и чувствовала себя самым ничтожным существом в пищевой цепи.
В паре метров от меня, за массивным столом, мерцали несколько огромных мониторов. За ними плечом к плечу сидели Ильдар и экстренно вызванный Дамир. Они молча, с пугающей скоростью вбивали какие-то команды, прогоняли мои карточки через дешифраторы и сканировали базы данных.
Клавиши щелкали. Кулеры мощных процессоров тихо гудели.
А я… я сидела и сгорала от стыда. Токсичного, разъедающего внутренности стыда.
После того как я выдала свою гениальную гипотезу на кухне, всё произошло за какие-то сюрреалистичные три минуты. Лицо Ильдара окаменело. Вся та невероятная, щемящая нежность, с которой он обнимал меня с утра, испарилась, словно ее выжгли напалмом. Он не стал орать. Он не стал оправдываться.
Он просто отчеканил ледяным, чужим голосом: «Одевайся».
Потом он отвернулся, набрал номер Дамира, бросил в трубку короткое: «У нас ЧП, жду у себя», и мы поехали к нему. С тех пор — ни единого слова. Ни взгляда. Он относился ко мне так, будто я была не женщиной, которая провела ночь в его постели, а просто носителем важной цифровой улики. Курьером. Пустым местом.
И самое ужасное — я понимала, почему.
Моя паранойя, взращенная детдомом и профессией, сыграла со мной самую злую шутку. Я реально, на какую-то долю секунды, допустила мысль, что мужчина, спасший меня от Берга, давший мне работу и признавшийся мне в чувствах, может быть больным психопатом, играющим в куклы.
Это было оскорбительно. Это было настолько глупо, что хотелось ударить саму себя головой о стеклянный столик.
Тишина в квартире становилась невыносимой. Она давила на виски, душила, заставляла кислород застревать в горле.
Я нервно затеребила край своей блузки.
— Ну и что так? — не выдерживаю я, разрывая эту бетонную тишину. Голос звучит хрипло и жалко.
Ильдар даже не дернулся. Его пальцы продолжали летать по клавиатуре, челюсти сжаты так, что на скулах перекатывались желваки. Он смотрел в монитор, полностью, абсолютно меня игнорируя.
Дамир оторвался от своего экрана. Он как-то странно, с легким прищуром посмотрел на профиль своего друга, потом перевел взгляд на меня и, пожав плечами, спокойно ответил: