— Обязательно, Министр. После войны будет много времени. Давай условимся, я поручу связь с Шаранг Термоядерной Ведьме. Это будет логично, она их крестница. А с тобой буду работать сам. Для резерва назначу группу разведки и целеуказания. Старшей там будет мастресс Рунгерт. В случае моего отсутствия всю информацию ей. Она же будет курировать группу магов, которых ты пришлёшь для обучения Бессмертных. Кстати, Иллиан. Военный союз — это замечательно. Но ты предупреди своих мастеров, что мы за хорошее обучение доплатим полновесной золотой монетой. Так сказать, для поддержания в них духа инициативы.

— Хм, Холиен. Я уже начинаю опасаться, уж не права ли была Гвендолин. Не вырастим ли мы себе на голову новых сильных врагов? — нахмурился Ренноинн.

— Нам делить нечего, Светлый, — вздохнул я, — а в будущем… Что ж, вот тебе ещё повод поговорить с Князем о возвращении нормальных отношений с Тёмными. Потомки Великого Альва должны не только жить в мире, но и не позволять другим унижать своих собратьев, пусть и оступившихся в прошлом.

— Всё это не так просто как тебе кажется квартерон. Но я тебя услышал и расскажу Князю. Может ты и прав. Слабый мстит и ненавидит всю жизнь. Сильный прощает, — Министр шагнул в сияющую арку с выражением глубокой задумчивости на лице. Слова Ренноинна напомнили мне историю самого Министра, отлучённого за предательство от Светлых Домов, лишённого магии и служившего хумансам. А затем вернувшего лояльность Князя уже новым предательством герцога Варрагонского. Уж кому, как не ему знать на собственной шкуре, как это выживать, становясь чужим среди своих и своим среди чужих.

Арки порталов схлопнулись с музыкальным перезвоном. Вокруг шатра сразу образовалось много пустого пространства. Занятый заботами о переговорах, я не рассматривал окружающий пейзаж. Оказалось, что шатёр располагался на небольшой земляной насыпи, прямо среди множества делянок, на самом деле бывших обычными огородами. Ряды овощных и ягодных культур тянулись влево и вправо до самого едва видимого барьера альвийского оазиса. И куда хватало глаз среди этого сельскохозяйственного царства виднелось множество в основном согнутых фигур, копошащихся половинчиков. Кто-то из них рыхлил и пропалывал всходы, другие, навьюченные коробами и корзинами собирали урожай. Поля были расчерчены ровными прямоугольниками, на равном расстоянии между ними виднелись утрамбованные дорожки, по которым споро сновали небольшие тележки, которые развозили всё те же половинчики.

— Мир меча и магии, мля! А всё пердячьим паром пользуются, — бас Базилевса за спиной заставил меня вздрогнуть. Я обернулся. Вася и дед, любовно поглаживающий в своих руках большую оплетённую бутыль, многозначительно улыбались.