– Безразличие. Ритуальность. – Она пожала плечами. – Глупости говоришь. От неправильного крема может только хуже быть. У тебя кожа какая? Сухая, жирная? – Медсестра вопрос задала специально. Очень хотелось в ответ прилагательное услышать, но не удалось. – Смешанность. Крем купить несложно, но лицо у Махаевой явно проблемное, кожа тонкая, раздражение на щеках. Как бы хуже не стало. Мужу все-таки позвонить?.. Переговоры с родственниками среднему персоналу вести не дозволялось, но Инга рискнула. Супруг (приятный, встревоженный баритон) тяжко вздохнул: – Не берет она у меня ничего. – Почему? – Обижена, что в больницу попала. Считает себя здоровой. – Они все так думают. Но от передач никто не отказывается. – Сам переживаю. Но ничего ни разу не взяла. И видеться не хочет. Агрессия к родным, насколько знала Инга, тоже в шизофрении один из симптомов. Однако в практичности больным не откажешь: утверждают, что ненавидят, но благами от близких охотно пользуются. – Ладно, скажите мне тогда название ее крема дневного. Сама куплю. – Э-э… как его. Швейцарский. Сейчас посмотрю. Но он одиннадцать тысяч стоит. – Тогда лучше привезите, – опешила от цифры Инга. – Я передам вроде как от себя. Только новый, нераспечатанный. Иначе она догадается. – Будет сделано! Спасибо вам! А на следующее утро Ингу вызвал Викентий Палыч и жестко отчитал. Медсестра мысленно прокляла болтливого мужа и попыталась оправдаться: хотела ведь как лучше, пусть и нарушила правила. Но врач совсем разошелся, орал, что пироженкой угостить – одно, а из общей массы выделять, кремы доставать – совсем другое. – Дальше что будет, Инга? Ты ей сбежать поможешь?! – Да куда ей бежать? Совсем болезная… Доктор просверлил внимательным взглядом и сказал – уже спокойно: – Ладно. Прости. Погорячился. Придется из сложившейся ситуации пользу извлекать. Раз подружились – дружите дальше. Но про все разговоры и просьбы обязательно мне передавай. Про изменения состояния, понятное дело, тоже. И пожалуйста, больше без самодеятельности. Инга и сама не рада, что проявила инициативу. Тем более крем швейцарский Махаева все равно не взяла. Едва увидела коробочку, немедленно отпихнула ее и в слезы: – Ненавистничество. Невозможность. Не такая и сумасшедшая, раз догадалась: крем – именно такой, какой нужен – супруг передал. Что оставалось? Только забрать швейцарское чудо себе. Но Инга и пациентку не обидела. Нашла на замену максимально приближенный по составу аналог. Дешевый. А от себя добавила лосьон для чувствительной кожи. Услышала