Мгновение, он рванул к нам и сгреб Рована в медвежьих объятиях.
На миг мне даже показалось, что я услышала хруст костей. Создавалось ощущение, будто эти двое не просто старые знакомые, они семья. Возможно, именно так и было?
– Паршивец! – рыкнул мужчина, отпуская принца. – Ты бы хоть мать пожалел! Исчез на три года!
– Так было нужно, – вздохнул Ирбис и, пожав плечами, притянул меня к себе.
Взгляд Рамуса скользнул по мне, и в ту же секунду я увидела, как краска отливает от его лица.
– Оу… – моргнул оборотень. – Боги… Поверить не могу… – сбился он с дыхания. – Дитя… Как же ты похожа на Миранду…
– Что? Маму? – сердце замерло, мучительно заныв.
– Она была восхитительной женщиной и невероятным человеком… Прими мои запоздалые соболезнования, – хрипло произнес он, все еще не смея оторвать от меня взгляд.
В ушах шумела кровь. Едва ли я могла рационально мыслить в данный момент.
“Мама… Он знал мою маму!”
– Рамус, на самом деле мы не просто так пришли… Ночь смерти моего отца и Миранды… – осторожно начал Рован. – Хочу услышать все еще раз. Возможно, я что-то упускаю.
– Я все тебе рассказал, – поднял взгляд на принца главнокомандующий. – А вот ей нет…
Засуетившись, он вытащил из-под облегченной брони какую-то цепочку с медальоном и, поспешно сняв ее, протянул мне.
– Твоя мама хотела, чтобы это было у тебя.
На ладони мужчины лежал знакомый мне медальон. Еще будучи совсем малышкой, я любила рассматривать его. Меня очаровывали волшебные переливы в камне, обрамленном золотыми вензелями. Я узнала его… Никогда бы не смогла спутать с другим!
Протянув дрожащую руку, коснулась теплого золота, согретого кожей ликана.
– Мне следовало отдать его раньше… – тихо произнес оборотень. – Я даже однажды пытался проникнуть во дворец Эфописа. Но после смерти Миранды тебя окружили охраной…
– Как она умерла? – сжав в кулаке заветный кулон, прошептала одними губами.
Мне не хотелось верить в правдивость слов Рована, но я уже знала ответ… Он не врал. Значит ли это, что жизнь мамы была несчастной? А человек, который являлся моим отцом…
Горло сжалось, колени задрожали, я едва не рухнула в снег, но крепкая рука принца удержала меня от этого позорного проявления слабости.
– Сожалею, дитя… – вздохнул Рамус, смотря на меня с сочувствием. – Судьба жестоко обошлась с твоей матушкой… Но я хочу верить, что сейчас она с тем, кто ее любит по-настоящему. Хотя меня расстраивает, что ты столько лет прожила без нее…
– Отец! Это был отец?! – дрожащим голосом спросила я, смотря в глаза незнакомца.
Глупо было искать правду в словах чужого человека. И все же, он стал единственной нитью к событиям той страшной ночи.