Что он нес?! Голова болела, мне едва удавалось вникать в смысл его слов.
Ерзая на мокром полу, попыталась освободить руки, но они были крепко связаны за спиной. В кожу впивались тугие веревки, безжалостно царапая ее. Скорее всего, на запястьях уже было кровавое месиво, но я старалась не думать о жжении, что распространялось до самых плеч.
– Где Фэнрис?! – рыкнула я, игнорируя его вопросы.
– Оу, тебя беспокоит судьба принцессы? – усмехнулся ликан. – Не переживай, с ней ты тоже увидишь. Эта бестолковая чуть не откусила палец Тирену, поэтому сейчас она малость не готова просыпаться. Пусть еще поспит.
– Ублюдки! – выпалила я, оскалившись.
– Зачем сразу оскорблять? Ты же девушка, что за грязная брань? – скривился мой тюремщик. – И почему до вас не доходит, мы это делаем ради будущего? Ради ликанов, и даже людей! Все хотят избавиться от стригоев, а ваше жалкое существование препятствует светлому миру остальных. Подумай, может все-таки поведешь себя благородно и перестанешь брыкаться? М?
– Катись к черту! – выплюнула я, дергаясь в своих путах.
Веревки вновь впились в кожу, а липкая мокрая одежда неприятно заскользила по саднящим ранам.
– Так я и думал. Эгоистичная сука. Тирен был прав, с тобой бесполезно разговаривать, – скривился ликан, покидая комнату.
Уходя, он потушил свет, оставляя меня во мраке.
Сидя на холодном полу, вновь поерзала, отчаянно пытаясь освободиться, правда веревки не сдвинулись даже на несколько миллиметров.
Я находилась в сыром подвале, нос щекотал отвратительный запах плесени, а холод пронизывал и без того продрогшее тело.
Я не чувствовала пальцев на руках и ногах, зубы стучали то ли от озноба, то ли от нервного напряжения. Кто уж теперь разберет? Из-под двери виднелась тонкая полоса света. Скорее всего, на улице еще был день, но в моей временной клетке царила полная темнота.
Мне едва удавалось увидеть собственные ноги, не говоря уже о том, чтобы рассмотреть промозглый подвал, в который меня притащили.
С трудом перевернувшись и приняв сидячее положение, часто задышала, захлебываясь сыростью и запахом плесени.
Желудок протестующе сжался, а к горлу подступил спазм. Задрожав, мучительно застонала, ощущая, как боль пронизывает все тело.
Меня не вывернуло лишь потому что в животе было пусто. А если судить по словам ликана, с момента как нас с Фэн похитили, прошли уже сутки.
Я старалась не думать, в каком состоянии пребывал Рован. Уверена, он сходил с ума. Было ли ему известно, что Тирен оказался предателем?
Мысли вновь вернулись во вчерашний день, и живот скрутило очередным спазмом, стоило вспомнить окровавленного Грейя.