При использовании виртуальных инструментов артефактора с работой справились через сутки. Сейла предложила точно так же, как конструкты создания болот на дне, расположить сбоку от оврагов конструкты выращивания стен, причем ограничить срок их существования двумя-тремя декадами — местные жители не скажут чародеям спасибо, если те перекроют им возможность путешествовать по степи.
В итоге стаи тварей будут разбиты стенами на более мелкие, и образовавшийся лабиринт обязательно приведет их в долину Смерти, где будут поджидать таламарские войска. Они дадут Кейсаву и Сейле время подготовить заклятие уничтожения. Благо оно не вредит людям, только тварям. Хотелось бы только охватить им как можно большую площадь, поэтому, сформировав нужные плетения и конструкты, придется подняться на большую высоту и активировать заклятие там. Проблема, что если после этого они потеряют сознание, то разобьются. И что же делать?
— А кто нам мешает создать левитирующие воздушные подушки, которые удержат нас в воздухе, даже если обеспамятеем? — резонно поинтересовалась Сейла. — Что-то у тебя с фантазией в последнее время стало туго, дорогой…
Кейсав отчаянно покраснел. Похоже его страсть к получению новой информации без осмысления таковой дала совсем не тот результат, что он хотел. Придется ограничить постоянный поиск нового и больше времени уделить освоению уже изученного, размышляя над нестандартным использованием плетений, связок, конструктов, вариаторов и рунных схем.
Еще раз проверив, где находятся стаи тварей, чародеи поспешили вернуться в Таламар. Из города к месту сражения двигались толпы воинов и и обозников на телегах. Лица многих выделялись жесткой решимостью. Люди шли умирать, чтобы их родные жили.
Глава 2
Оглянувшись на стоящих за ним ополченцев с двести двенадцатой улицы, краснодеревщик Никат Засоня осенил себя святым кругом и вздохнул. Если честно, выжить он не надеялся, видел на чародейских экранах тварей и как они расправляются с добычей. Мечи и топоры против них бессильны, потому ополченцам выдали тяжелые копья с гранеными коваными наконечниками, способные пробивать хитин. Но не пойти в ополчение отец десяти детей не мог — совесть не позволила бы поступить иначе. К тому же Совет Мастеров пообещал не оставить на произвол судьбы семьи, у которых погибнут кормильцы. Главное — не пропустить тварей в город.
— Привет, Никат! — прогудел подошедший откуда-то слева бочкарь Ловин, коренастый коротышка, очень сильный, в трактирных соревнованиях побеждавший всех силачей района. Вот только с тварями надо драться насмерть, а не прижимать чьи-то кулаки к стойке. — Ты как? Что слышно?