Мы спрятались возле дерева, коих тут было довольно много, и приготовились. Фёдор достал телефон, на котором уже был активирован голос Игната, и передал его мне. Найти работающий номер учителя не составило никаких проблем, поэтому он уже заранее был в записной книжке.
— Постой. — Иисус тронул меня за плечо. — А ты уверен, что он возьмёт с незнакомого номера и поверит, что звонит Игнат?
— Не на сто процентов, конечно.
— Теперь и моя уверенность в операции упала процентов на десять…
— Хех. — Я усмехнулся. — Всё-таки, пессимист.
— Реа…
— Должен поверить. Куда он денется? Я слышал его голос и видел, сколько алкоголя он с собой взял. Поверь, он там уже почти в мясо…
— Будем надеяться.
— Чувствую, что удача на нашей стороне…
Я взял кнопочный телефон в руки (давно уже таких не видел…), и нашел в записной книжке один единственный номер. Глубоко вздохнул, и нажал на звонок.
Прошло ровно семь гудков, прежде чем учитель взял трубку. Я уже десять раз успел подумать, что ничего не удастся.
— Прив-е-е-т…! — пытаясь имитировать манеру речи Игната, произнёс я.
Так как с моей стороны был слышен только мой голос, то казалось странным, каким образом учитель сейчас может слышать не меня…
Но…
— Здравствуй, мальчик мой. — пьяным говором ответил учитель.
Фух… работает…
— У меня… щас кишки вывалятся… выручай… выйди наружу. Буду ждать тебя рядом… — промычал я и сбросил трубку.
Иисус беззвучно похлопал.
— Получилось довольно расплывчато… как раз то, что нужно.
Теперь оставалось только одно — ждать. Мы притаились за деревом и стали глядеть в сторону главной двери. Машина с Четвёртым уже пряталась за домом неподалёку, и готовилась к старту.
— Ну давай же…давай…выходи… — бубнил я, глядя вперёд.
Глава 7
Ожидание перед чем-то важным — убивает. Порой кажется, что если сейчас не случится то самое… весь мир разлетится в труху.
Сейчас вселенной грозила аннигиляция из-за тормознутости одного сильно напившегося ублюдка…
И такое бывает.
Но вот, еле заметная дверь на больших воротах открывается, и из-за неё выглядывает он…
— Смотрите… — кивнул я в сторону учителя.
— Тише.
— Иг-н-а-а-а-т! — запел соловьиным голосом учитель.
Это же надо было так накидаться…
— Иг-н-а-а-а-т! — продолжал кричать он, но так и не рисковал проходить дальше.
— Чёрт, это слишком далеко. — сказал я.
Фёдор кивнул.
— Надо приманить его сюда. — резонно заметил он.
— Ага. Вот только как? — я начинал понемногу волноваться. Впрочем, как сказал бы один мой давний знакомый: волноваться — это хорошо, иначе можно наделать много глупостей.
И правда. Волнение заставляет тебя быстрее анализировать ситуацию, следить за каждым своим шагом. Волнение — полезная вещь. Но только если с ним не перебарщивать…