Сегодня над домом будто сгустилось облако тоски, страха и тишины. Не суетились во дворе служанки с лакеями, не прохаживались охранники в пышной форме. Резиденция Фолькерста словно вымерла. Джо обошел забор, отыскал неплотно прилегающий металлический прут, отогнул его и влез в сад. Никем не замеченный, проскользнул по аллеям, миновал парк, прошел мимо хозяйственных построек, и вышел на безлюдный задний двор. Опыт подсказывал убийце: хочешь узнать о господине — послушай, что говорят слуги.

Возле двери в кухню стояло несколько больших пустых бочек. Джо спрятался в одной из них, прикрывшись крышкой, рассудив: слуги — народ подневольный, их работу никто не отменял, рано или поздно появятся. Ждать долго не пришлось.

— Ой, да что же делать? Как жить-то дальше, тетка Полли? — затянул молодой женский голос.

— Что она опять утворила, пакостница эта? — второй голос, уже старушечий.

— Разбила парадный чайный сервиз. Прямо так хватала, и об стенку шарахала. А потом сказала, что это я сделала.

— И господин Фолькерст поверил? — ахнула старушка.

— Да как же ему не поверить, тетка? Ты же видела, какая она красавица, чужачка эта. Только глянет своими черными глазищами, и господин словно в мороке…

— Ох, не знаю, милая, не знаю, как выжить теперь.

— У меня из жалования вычтут. Мне за эти чашечки год работать. Может, сбежать, а, тётка? Уж десять человек в бега пустились, скоро прислуживать некому будет…

Джо просидел в бочке несколько часов, за это время обогатившись ценными сведениями. Мигрантка действительно вела себя дико. Из разговоров слуг выяснилось: за два дня дамочка успела избить трех охранников, расколотить груду дорогой посуды, скинуть с балкона лакея, насмерть отравить домашнего лекаря, устроить локальный пожар в алхимической лаборатории Фолькерста, довести до обморока жену министра, зачем-то подпалив хвост ее любимому попугаю. Также мигрантка почему-то называла министра «мой Темный властелин», и требовала подготовки к пышной свадьбе, не обращая внимания на то, что несчастный женат. Супруга Фолькерста, опасаясь за свою жизнь, решилась на развод.

«Точно, — сообразил Джо, — Люмик говорил, романтичкам нужны только принцы и великие властители. Видно, дурища приняла Фолькерста за Темного властелина. Смешно, ей-Неизвестный . Станет Темный властелин жить в центре города и служить министром…»

Он досидел до вечера, выбрал момент, когда на заднем дворе никого не было, вылез из бочки и, выбравшись за ограду, зашагал к эльфийскому театру оперы и балета с одной мыслью: «Пожалуй, Люмик прав: выманить эту гадину — опасная и трудная операция…»