— О да, — подтвердил Джо. — Вижу, тебе предстоит вспомнить еще много всего интересного. Нет, милая. Мы бы и рады, но дела… Так что лучше пивка.

Девушка выбралась из постели, а эльф уточнил:

— Кстати, где мы?

— А что, не видишь, что ли? — хохотнул Джо. — «Сисястые мотыльки» — один из лучших борделей столицы.

— Мотыльки… с сиськами?

— Согласен, название не очень. Зато обслуживание отличное. Тебе же понравилось?

— Не помню, — злобно проскрипел Люмик. — Мне другое интересно. Ты много заплатил? Это нецелевое расходование средств бюро.

— Очень даже целевое. И пусть тебя расходы не волнуют. Патрон дал добро на любые развлечения, лишь бы внедриться в «Равенство».

— И ты, конечно, пошел по шлюхам! — взвизгнул Люмик.

— Нет, по ним пошел ты, — возразил Джо.

Эльф со стоном умирающего натянул на себя одеяло. В памяти снова всплыло то, что лучше было бы предать забвению. Его зажигательный танец на бочке в компании девки с зеленым ирокезом. Столпившиеся вокруг, визжащие от восторга дамочки. Джо, купивший у цветочницы всю корзину букетиков. Люмика передернуло от воспоминания о том, как после танца он, раскинув руки, плашмя упал в толпу, скандирующую его имя.

— Да, ты был настоящей звездой, — подтвердил Джо, наблюдавший за тем, как на лице товарища одна за другой сменяются гримасы осознания, ужаса, омерзения и стыда.

— Хватит!

— Сегодня знаменательный день, ты лишился невинности. — Продолжал издеваться Джо. — Теперь тебе, конечно, будет труднее найти общий язык с единорогами, зато весьма упростится взаимопонимание со шлюхами.

— Кажется, там была стрельба! — осенило Люмика. — И стрелял уж точно не я…

Джо помрачнел, принял бокал пива из рук пышной блондинки.

— Ну… Да. Стрелял. В целях обороны от оппозиционеров.

— Ты не просто стрелял, — эльф обличительно поднял палец. — Ты выкрикивал монархические лозунги. Ничего себе внедрение в организацию.

— Э-м… Ну да, — сознался убийца. — Но никто не обиделся в итоге.

Теперь Люмик уже вспоминал с удовольствием. Позавидовав хореографическому дебюту товарища и женскому вниманию, в котором тот купался, Джо решил спеть. Он взобрался на бочку, с которой недавно спрыгнул эльф, и запел. Голос у него оказался неплохой, даже хороший: мягкий, бархатный баритон. Подвел репертуар: убийца затянул гимн в честь короля.

— Ты что, ничего другого исполнить не мог? — захихикал Люмик.

— С пьяных глаз вспомнилось только это, — признался Джо.

Оппозиционеры разделились на два лагеря. Одни оскорбились в лучших чувствах, другие, самые пьяные, стали подпевать гимну. Оскорбленные стащили Джо с бочки. Вконец изобидевшись, убийца с воплем «Ах вы, суки непатриотичные!» — принялся раздавать тумаки направо и налево, как недавно раздавал цветы.