— Угу, — закивал тот в ответ, явно не прочь выпить, какой бы там ни был предлог.

Я пожал плечами, хозяин — барин. Сам залез на верхнюю полку и лег спать. В отличие от Танка, я хорошо знал, каково это — тренироваться после алкоголя. Ну, а ста граммами попойка явно не обойдется. Правда, заснуть сразу не вышло, я действительно ворочался. Не потому, что не мог уснуть, неа — просто, чуть выпив, Танк и Степаныч увлеклись пением.

— По До-о-ону гуляет! — завыл Степаныч, как мартовский кот.

— По До-о-ону гуляет! — подхватил песню Танк.

Тяжелая предстояла ночка, и это еще бабки-соседки тут нет. Я попытался закрыть голову подушкой, но помогло мало. Спев русскую народную, половину слов которой они не знали, Танк и Степаныч перешли на современный репертуар. Горланили «Атас» так, что через двадцать минут дверь купе резко открылась, и на пороге появился мужик в семейниках.

— Слышь, хлебало завалите…

Он осекся, как и проводник, едва увидев Танка в полный рост.

— Извините…

Мужик в семейниках хотел по-быстрому увильнуть. Но Танк-то уже поднялся на ноги — зря, что ли? Он положил мужику, который уже тысячу раз пожалел о своем необдуманном визите, руку на плечо.

— А давай с нами, брат! Степаныч, наливай!

Отказа не подразумевалось — Танк силой усадил перепуганного мужичка на сиденье, вручил ему мой стакан со словами «штрафную бахни, земляк». Разговорились. Ну, хоть петь перестали, и то радует. Мне, наконец, удалось заснуть. Не знаю, сколько они еще бухали, сквозь сон слышал, как в купе с визгом залетала жена мужичка, чтобы мужа отжать обратно. Ну а потом наступила заветная тишина. Ехать, правда, оставалось всего ничего, я понимал, что придется ставить крест на планах выспаться перед утренней тренировкой. Ну, если она случится.

* * *

Проснулся я от того, что в двери нашего купе постучали.

— Прибываем, — приоткрыл дверцу проводник.

Я широко зевнул. Времени было — начало пятого утра. Ехать в Горячий Ключ было е так и долго, чуть меньше семи часов из Ростова. Вот мы и добрались почти. Неудобно жутко, что посреди ночи дорога, но тут уж как есть. Степаныч объяснил выбор поезда тем, что хотел прямо с утра провести тренировку. Но предположу, что теперь планы у тренера изменились.

«По чуть-чуть» в итоге обернулось тем, что Танк со Степанычем приговорили две бутылки настойки вместо одной и вырубились. Спали мужики как придется — тренер сложил руки на столе и опустил на них лицо. Танк полубоком-полураком спал на полке, свесив ноги на пол. Мужичка в семейках действительно не было, жена-таки забрала, значит.