— Толян, пригнись! Не вижу ни хера!

— Серый, вон там! Смотри, вспышка! Туда мочи бл*дь!

Чуть привстав, я дернул переднюю дверь. Мертвый водила сидел в той же позе, его неподвижность была чудовищной. При всей дикой горячке боя, на меня как будто ледяным ветром дунуло, когда я увидел безмятежного мертвеца — он казался чем-то шизофреническим в данной ситуации. Прямо в виске была маленькая дырка, вот оттуда и текла тоненькая струйка крови.

Но это опять же секунда.

С неимоверной силой я дернул покойника, он выпал так легко, как будто весил килограмм десять, хотя на самом деле — под девяносто. Каким-то чудом под руку мне попал его пистолет. «Макар».

Я схватил оружие, прыгнул на водительское кресло с криком:

— Братва, не застрелите ненароком!.. — и дал по газам, утопив тапку в пол.

Авто рвануло мимо джипа. Заднее колесо сильно подкинуло — мы проехали по убитому. Жестко, но как есть — чтобы не врать.

Ну, прости, брат, нам надо жить!

Выстрел грохнул над самым моим левым ухом, я чуть не оглох, повезло — признаю.

— На, с-сука! — в злобном азарте боя проревел кто-то сзади.

Ну, вперед! Я втопил педаль в пол. На второй скорости со страшным ревом мы понеслись на прорыв. Стрелка тахометра улетела в красную зону.

Мозг в такие секунды работает как ядерный реактор. Я успел заметить, что две из трех машин, перекрывших трассу, сдвинуты неплотно, и к тому же одна из них стоит малость под углом не «к нам», а «от нас». Не то московские плохо учили в школе физику, не то просто не подумали второпях. Как бы то ни было, но эти зазор и угол вполне давали нам шанс прорыва. На большой скорости врезаться в заслон как раз в этом месте — импульс должен быть таков, чтобы растолкать авто и пробить брешь в преграде.

— Братва, держись! — отчаянно крикнул я, сам откинувшись назад и со всей силы отжимаясь от руля, чтобы погасить инерцию.

Удар!

Черт возьми, я не думал, что это будет так сильно. Меня так кинуло вперед, что я ударился коленом обо что-то под приборной доской, и вообще чуть не улетел под нее. Что там, на заднем сиденье, не видел, но судя по дружному братскому мату, тряхнуло от души.

Впрочем, это не главное. Главное — мой расчет оказался полностью верен! От удара наш капот сильно помялся и слегка вздыбился. Но легковушка справа, та самая, что была слегка отвернута, от тарана сдвинулась. Наша инерция еще продолжала отталкивать ее, и чем острее становился угол между бортами машин, тем легче преодолевалось сопротивление инертной массы… и вот уже мы тремся об эту машину борт о борт, прорываемся…

Прорываемся!