— Слушай, а где медик наша? Лидия?

— Здесь. Спит в медкабинете. Она в таком состоянии была, что хуже не бывает. Я ее спать отправил, пусть хоть так оклемается.

Я прикинул — да, пожалуй, это вернее всего. Потом надо будет проведать.

Странно, я не очень задумывался о развитии наших отношений. А хотя что тут странного?.. Я попал в такую жизненную воронку, где приходится каждый день думать о том, как уцелеть, и горизонт прогнозов — день-два, а сам прогноз — дожить до завтра, а завтра думать, как дожить до послезавтра…

Конечно, я не стал об этом говорить. Да и задуматься мне времени не дали, вернулся Демид, велел:

— Садитесь, — и сам уселся во главе стола.

Все старались выглядеть спокойными, но были напряжены — ясно, что сейчас темы возникнут серьезные.

— Значит так, братва, — приступил Демид.

Он, говорил, конечно, не так кратко и метко, как Михалыч. Но суть была ясна.

Не успел он, Демид, вздохнуть-передохнуть после нашего боевого пути «Сочи — Ростов», даже чая-кофе не успел глотнуть, как зазвонила мобила. Незнакомый номер.

Номер-то незнакомый, а голос знакомый. Не кто иной как Саня Вариант.

И уж, конечно, ничего хорошего в том голосе не было.

— Да ты чо! — вырвалось у кого-то из бригадиров. — Отпустили, что ли⁈

— Да, — кратко и мрачно сказал Демид. — Уже свободен, как негр в Африке…

И дальше он сказал примерно так: не знаю и не спрашивайте, как московский гангстер очутился на воле, какие силы подключились к его освобождению… можно предполагать, что силы эти немалые и, конечно, было бы важно выявить их. Кто прикрывает московскую братву?.. Да, это существенный вопрос, но не на повестке дня. Другой вопрос куда острее.

Он связан с тем, что Вариант предъявил Демиду. Это была самая настоящая предъява, то, что на языке дипломатического протокола называется объявлением войны. Это вы натравили ОМОН на сходку — было сказано прямым текстом. Поэтому никто никаких оправданий слушать не будет, а будем вас мочить. Правда, гуманизм еще не отменили, да и вообще так оно будет проще, если все вы, то есть «кладбищенские», подобру-поздорову уберетесь из города Ростова-на-Дону. Очистите поляну, так сказать. И на это вам сутки…

Здесь Демид прервался, глянул на дорогой золотой «Ролекс» на левой руке, нехорошо ухмыльнулся:

— Точнее, двадцать три часа. А потом…

А потом, по словам Варианта, нас будут мочить везде по всему Ростову, где застанут. Дома, на улице, в гостях, в сортире, на бабе верхом… ну вот как-то так.

И Демид обвел взором присутствующих.

Один из них, совсем не быковатого вида парень, а вполне такой неприметно-скромный, встретишь такого на улице и подумаешь: ну, работяга работягой, или инженер, или техник… так вот, этот парень спросил негромко: