Я отмахнулся:
— Ну что ты, Степаныч! Какое разрешение⁈
— Ну да. Конечное дело, бутылочку раздавили на двоих, но так аккуратно, без проблем. А потом…
Здесь вдруг Степаныч осекся и странно посмотрел на меня.
Я уловил неладное.
— Ты что, Степаныч?
— Да… Ладно! Все равно ведь узнаешь, лучше раньше, чем позже.
— Вот это верно. Степаныч, я тебя прошу, не тяни, говори, что там⁈
— Ладно, — он решился.
Короче говоря, когда они с Ракитиным солидно выпивали и беседовали, вдруг раздался звонок в дверь, причем звонили так отчаянно, как будто Страшный Суд на носу. Степаныч, малость обомлев, ринулся открывать — оказалась Лида, такая взбудораженная, по глазам видно, что плакала, стала стремительно собирать свое барахло, а на изумленные вопросы сквозь зубы отвечала, что она все сделала, турнирные протоколы подписала, расчет за работу получила, и теперь мчится на вокзал, и первым же поездом — домой, в Ростов. Ошеломленный Степаныч упрашивал ее подождать, мол, вместе и поедем, но она огрызнулась: «Некогда!» — и кое-как побросав вещи в сумку, вылетела прочь.
— Я и подумал, у вас что-то расклеилось…
— Да, — я кивнул, помолчал. — Да, Степаныч. Расклеилось, и теперь не знаю, склеится ли…
Он, кажется, хотел сказать что-то утешительное, но тут грянул телефон, и я поторопился к нему.
Это оказался, естественно, шеф.
— Живой? — спросил он, не здороваясь.
— В норме.
— Ну-ну. Если так, то через час жду у себя, — и отключился.
Вчерашний демократизм из его голоса исчез начисто. В нем была только властность.
— Начальство, — объяснил я землякам. — Слушай, Танк! Так ты говоришь, я тебе предлагал с собой в Москву поехать?
— Ну! А что?
Я навскидку прикинул расклады. А почему бы и нет?..
— А ты сам-то как? Не против?
— Я? Да я только за! Столица как-никак!
— Ладно. Я к начальству, наверное, как раз этот вопрос решать и будем.
— А, ну тогда ни пуха, ни пера!
— К черту!
Глава 6
И в этот момент мне в голову пришла неожиданная мысль:
— Степаныч! Слушай, а давай тоже с нами в Москву⁈ Я думаю, шефа крутану на три командировки, не откажет. Конечно, надо будет с ним перетереть, не без этого, но, думаю, смогу убедить.
Танк, услыхав это, так и подскочил:
— Точно! Степаныч, айда с нами, мы там всю Москву на уши поставим!..
— Ну, вот этого как раз не надо, но втроем будет надежнее, это точно, — я усмехнулся. — Так что думай.
— А что? — вдруг отважился Степаныч. — Если получится пробить поездку на троих, я не откажусь.
— Ну и отлично! Тогда вы пока отдыхайте, балдейте, а я к шефу.
И я быстро собрался и направился пешком. Идти было совсем недалеко, да и по правде сказать, похмелье еще сказывалось, потому я решил пройтись. На свежем воздухе последствия вчерашней веселухи с неизвестным окончанием еще давали о себе знать, но я старался идти быстрым шагом, дышать глубже, и последствия быстро выветрились. К Дому профсоюзов я подходил уже вполне в форме.