— Здравствуй, — и мы обменялись дипломатическими поцелуями в щеку. При этом она придирчиво оглядела меня снизу вверх:
— Ну, вид у тебя приличный. А легкая небритость… она даже как-то придает богемный шарм.
Я провел ладонью по щеке:
— Ну слава Богу. Значит, что ни происходит, все к лучшему.
— Возьмем такси? — буднично сказала она, завершая ритуал встречи.
— Конечно.
С некоторой опаской я подумал: как бы не нарваться на тех удальцов-молодцов, которых мы отметелили… но обошлось. Этих персонажей не было, мы зафрахтовали стандартную желтую «Волгу»-31029, уселись на заднее сиденье и понеслись в «Россию». В пути болтали о пустяках, понимая, что серьезный разговор впереди, посмеивались… Доехали без проблем.
— Поможешь мне заселиться? — спросила она, когда мы вышли.
— Разумеется.
Довольно быстро мы оформились у администратора, чье рабочее место было украшено табличкой с гордой надписью Reception, поднялись на восьмой этаж, отыскали нужный номер, вошли…
Дверь автоматически защелкнулась за моей спиной. Алина обернулась ко мне. Глаза ее лучезарно сияли.
— Ну? Что мы с тобой будем делать?.. — спросила она с интонацией, не оставляющей сомнений…
Глава 11
Ее лукавая озорная улыбка не оставляла сомнений в том, что мы будем делать. Я тоже собрался подтвердить это, но не успел: она крепко обхватила меня и горячие нежные губы прильнули к моим так жарко и надолго, что я чуть не задохнулся. А она, слегка отпрянув, прошептала в ухо:
— Я так ждала этой секунды! Просто не верится, что это, наконец, сбылось…
И вновь впилась губами в мои губы.
Лобзая друг друга, мы не забывали освобождаться от одежд: со стороны смотреть, наверное, смешно — оба дергались, словно в дурацком танце, пытаясь вылезти из рукавов, при этом приближаясь к кровати, как цели всех этих действий. Не скажу, что я совсем потерял голову от страсти, но огонь во мне вспыхнул, что правда, то правда. И весь прочий мир временно потерял ценность перед стремлением скорее выплеснутьэто живое пламя…
…Спустя пять минут мы, естественно, в костюмах Евы и Адама, лежали в обнимку на кровати, и я чувствовал себя виноватым — разрядился почти мгновенно, не успев дать нам обоим пройти всю лестницу наслаждений. Можно сказать, включился скоростной лифт, причем сам собой, без моего желания.
— Извини, — пробормотал я, целуя девушку в шею. — Как-то так… я не знаю, почему…
— Ничего… — сквозь слезы пролепетала она, ответно покрывая поцелуями мои щеку, шею и даже ухо. — Ты так скучал обо мне?..
— Да, — сказал я и не соврал.
Рыдания и поцелуи стали сильней и горячей. Я подумал, что надо бы мне собраться с духом, с силами… и повторить подвиг Казановы. Постарался… и повторил, вызвав новый взрывэмоций. Ну, грешным делом, после этого, обессиленные, мы долго не могли подняться, даже подремали немного в объятиях, вернее Алина — она примостила голову на моем плече и так сладко задремала, что я не решился ее будить. Впрочем, довольно скоро она дрогнула, потянулась от души, похлопала дивными ресницами и не без самодовольства заявила: