Спорщиков насилу угомонили, она начали остывать, хотя еще ворчали и перебрехивались. Но острая фаза миновала. Спокойнее всех в данной ситуации оказался космический музыкант в бейсболке: он отошел немного в сторону, совсем не обращая внимания на разыгравшиеся страсти, на усилителе разложил нотную тетрадь, полистал ее — видимо, выбрал что-то, несколько раз поиграл пальцами без звука, фиксируя аккорды — и начал новую композицию, такую же протяжно-внеземную. Народ стал подтягиваться к исполнителю, слушая с интересом.

Танк подошел ко мне:

— Слушай, — сказал на ухо, — а это про какую будку тут базарили? Я переспрашивать не стал, стремно как-то… Ты знаешь?

— Ну, более или менее. Пошли, покажу.

Мы говорили так, а меня странно цепляло некое беспокойство, и объяснить его я не мог. В чем дело?.. Озираться вроде глупо, и я так аккуратно постреливал глазами по сторонам. Да все нормально, все в порядке… Так в чем же дело?

Пошли к будке, и тут вдруг до меня дошло. Пазл сложился.

Во время конфликта в толпе присутствовало знакомое лицо. Ну как знакомое? Это был совершенно неприметный молодой человек в легкой серой курточке, в джинсах, ну абсолютно никакой, стертый, каким и должен быть спец по наружному наблюдению. А я его заметил еще возле сборища тех панков и хиппи. Не то, чтобы заметил, но моя память, наверное, зацепила его где-то поблизости, не доводя до осознания, и так же заметила у гитариста, а я и не мог понять… но сейчас понял.

Разумеется, это вполне могла быть случайность. Только теперь я уже точно мог проверить, случайность или нет.

Танку я ничего говорить не стал. Сам разберусь.

«Будка гласности» — да, феномен тех времен, собственно, мини-телестудия, установленная в небольшом помещении, на самом деле, типа будки. Там камера, ретранслятор… не знаю, словом, технических подробностей, а суть в том, что за определенную сумму — немаленькую, но сравнительно терпимую — любой гражданин может зайти туда и в течение пяти минут поведать человечеству в прямом эфире все, что хочет. О каком-нибудь своем гениальном изобретении, о произволе местных властей, сделать политическое заявление… да, наконец, просто спеть, сплясать, признаться к кому-нибудь в любви — и все это увидят телезрители какого-то канала, не самого большого, но популярного, в том числе. Пять минут славы!

Я это помнил по прежней жизни, хотя и подзабыл подробности, которые Танку растолковал сотрудник канала, дежуривший возле будки, куда, к слову сказать, стояла целая очередь! Ну, человек пять-шесть точно, и все вроде бы вполне нормальные, каких-то явных неадекватов я среди них не увидел.