— Мужик, ты серьёзно сейчас предлагаешь зарыт труп монстра в скотомогильнике? — я с удивлением вылупился на инициативного жителя. — Хочешь потом с толпой коров-зомби воевать? Приключений на жопу не хватает?

— Ч-чего⁈ — опешил тот. — Тьфу мерзость!!! Да делайте вы с ней что хотите, только отсюда уберите!!! Нам и так считай заново коровник строить, так ещё это!!!

— Ладно, извини, погорячился, — я примиряюще поднял руки. — Сейчас инспектор зафиксирует, оттащим подальше и сожжём. Следов не останется. Гарантирую. Но для вашего успокоения можем и на скотомогильник оттартать, если он недалеко. А так и помойки какой хватит.

— Откуда у нас помойки, мы ж не в городе живём, — подуспокоился мужик. — А захоронение недалече, километров пять отсюда. Я покажу.

— Ладно, договорились, — я пожал протянутую руку. — Только это… нам бы чего на завтрак сообразить. Правда покидать место происшествия мы не можем по регламенту, но у нас в машине есть кухня. Нам бы продуктов каких. Молока, там, творога. Если мука будет, то вообще шикарно, можно блинов намутить. Мы заплатим, всё честь по чести. Просто не охота сухпаем питаться.

— Да это без проблем, сейчас соорудим. — вовсе оттаял зоотехник. — Уж этого то добра хватает.

Как я и ожидал, через десять минут мужик вернулся с корзиной полной разной снеди. Тут было и молоко и сметана и масло домашнее. Нашлось и сало солёное, а ещё шматок копчёного. Но вот где он взял горячий, только из печи хлеб я даже не представлял. Вряд ли в деревне имелась пекарня, видать или сам или кто-то из соседей сами пекли. Но отказываться я естественно не стал. Горбушка горячего хлеба да стакан холодного молока, что может быть вкуснее, особенно если мёда сверху капнуть. Объедение! Ребята тоже оценили, уплетая угощение за обе щеки. От денег кавкуец пытался отказаться, пришлось ему чуть ли не насильно пару тысяч сунуть. За такое завтрак не жалко, а покушать нам было необходимо. Потому что имелось у меня ощущение, что инспектора мы будем ожидать до морковкиных заговин и так оно и получилось.

Время уже подбиралось к трём часам дня, когда он соизволил явиться, да ещё с такой недовольной рожей, будто мы оторвали его от важных дел. С умным видом попинал тушу Туатай-Лак, поводил кристаллом, получив однозначный отклик, и начал критиковать. Мол всё сделали неправильно, не так, и акт он подписывать не будет, язык требуется сдать немедленно и так далее и тому подобное. Я поначалу удивился, чего это девчонки вдруг прижались ко мне, Таня с одной стороны, а Мико с другой, а потом сообразил, это они меня останавливают, чтобы не прибил дурака. Как будто бы это помогло. Но я и не собирался ни на кого нападать.