Даши за рабочим местом не было, я прошёл к себе, а следом, буквально через несколько минут пришла Елена Викторовна.
— Не знаете, Иван Романович, как дела у Веры Никитиной?
— А кто это? — удивился я.
— Вот именно! — торжествующе воздела указательный палец Елена Викторовна. — Что и требовалось доказать! Девушка у нас второй месяц работает, а вы ее имени не помните.
— И?
Я все еще не понимал, куда она клонит.
— Какого цвета глаза у Юлии Свиридовой?
Я удивился еще больше.
— Зелёные. Как газон ухоженный.
— Газон, — закатила глаза моя отдел кадров. — К чему я и веду. Вы уделяете ей слишком много внимания. У скольких людей в офисе вы еще цвет глаз помните? Да я сейчас свои глаза закрою, вы и то их цвет не назовёте.
Я устало вздохнул — все равно не понимал, к чему она так долго и витиевато ведет.
— Что вы хотите сказать, Елена Викторовна?
— Я хочу сказать, что несколько лет поставляю вам в офис молодых, красивых и умных девушек, а вы пускаете слюни на жену своего друга.
Я оторопел.
— Да вы что? И в мыслях такого не было. Она просто забавная. Даже не так…у нее много предложений и нововведений…
— До вводитесь, помяните мое слово, — вздохнула Елена Викторовна. — Мой вам совет, увольте ее, ради бога.
— Да не могу я, кто так делает? И вообще зачем?
— Тогда хотя бы забудьте дорогу к ее кабинету.
— Вы преувеличиваете, — отмахнулся я.
Покачала головой — дескать ничего вы, молодежь, в этой жизни не понимаете. Да, мне тридцать пять будет, но я же не юнец восемнадцатилетний. Сама Елена Викторовна меня всего на семнадцать лет старше, а ведёт себя так, словно на целую жизнь. Глупости, фыркнул я про себя, когда она покинула мой кабинет. Никаких крамольных мыслей по отношению к Юле в моей голове не возникает.
Глава 9. Юля
Принять решение оказалось легко. А вот претворить его в жизнь — не очень. Тем более, Андрей не хочет. Не верит, что у нас, у меня получится. Но в любом случае мое тело, мое решение…
На прием к врачу я записалась, но не была уверена, что пойду. А в пятницу к нам пришла Света. Точнее, Светуля. Я как раз мерила рулеткой холл, поэтому могла лицезреть ее появление. Сначала вошел живот, а следом за ним царственно вплыла сама Света.
Тут надо пояснить — я плохо умела дружить с женщинами. Для меня это было сложной, непостижимой наукой. Всю жизнь это не особо меня трогало, в полной мере ощутила и поняла это во время декрета. Мамочки собирались в чаты, в группы, гуляли вместе, пили кофе,болтали. А я так тянулась к ним…никогда в жизни так не тянулась ни к кому. И всё говорила не то. Делала не то. Я им не нравилась, пусть и являлась одной из них. И безумно страдала от одиночества.