В понедельник Юля на работу не пришла, впрочем, во вторник тоже. Хотя, дядя Егор не вышел тоже — он ушел в запой.
Глава 17. Юля
Погода словно ждала нашего корпоратива, а может, конкретно моего личного грехопадения — в воскресенье вечером небо затянуло тучами, на город обрушилась липкая духота, а потом потянулся нескончаемый, но не приносящий облегчения моросящий дождик. Ника все же упросила Мишку заехать на пляж, но видя, как мне плохо, закруглились быстро. Все воскресенье я пролежала утопая в панических мыслях, а родные ходили вокруг меня на цыпочках, Ника наливала чай — уважительная причина, у мамы, впервые за много лет было похмелье.
В понедельник я проснулась здоровой, но легче от этого не было — я боялась идти на работу, боялась нести ответственность за свои же поступки.
— Я налил кофе, — поцеловал меня Мишка в плечо, на котором синяк вышел на новую стадию и наливался фиолетовым.
— Мне совсем плохо, — прошептала я. — Наверное, словила тепловой удар.
— Тогда никуда не ходи, — озаботился муж. — Отлежись. Я Нике скажу, чтобы ухаживала за тобой, пока меня нет. Позвони Ване и оставайся дома.
— Хорошо, — кивнула я, зарываясь в одеяло.
Конечно же, я никуда не позвонила. Ни Ване, ни хотя бы Елене Викторовне. В моей жизни впервые происходило нечто настолько ужасное, что я совершенно не могла контролировать. Когда я теряла беременности, маленькую Анечку, я знала — виной тому мое слабое, глупое тело, мой диагноз, чёртова судьба, я не винила себя, я любила этих детей, даже когда умереть хотелось. А теперь другая ситуация, я все совершила сама.
Я не пошла на работу и во вторник. И в среду. Но к среде я хотя бы стала выползать из постели, впрочем, на всякий случай избегая зеркал, смотреть на себя не хотелось.
— Бедный мамсик болеет, — жалела меня Ника.
Весь понедельник она таскала мне морсы, собственноручно сваренный морс, а во вторник убежала гулять — детство просто обезоруживающе, прекрасно в своей жестокости. Я на нее не обиделась, просто лежала и размышляла, думала снова и снова.
— Хорош специалист, — шептала я, глядя потолок. — Самый важный винтик в системе. Три дня на работу не хожу, даже не позвонил никто.
В четверг я встала без будильника. Полюбовалась на серое марево за окнами, потом сходила в душ и надела красивый костюм с юбкой. Желтый жук доставил меня до офиса, а потом наверное долго недоумевал, почему хозяйке никак не хватит духу выйти из машины.
Впрочем, офис привычно гудел пчелиным ульем — каждый чем то занят, стрекочут клавиатуры, гудят принтеры, шелестит бумага. Никто не встречал меня с криком — грешница, закидать камнями!