Теперь же она находилась на другом континенте и, скорее всего, скоро увидит того, кому ее продали.
— Папа, как же нам стало плохо без тебя, — прошептала она. — Где ты?
И словно в ответ на ее просьбу, перед глазами девушки появилась картина — идущие к каким-то развалинам люди. Но в следующее мгновение девушка узнала и отца, и его телохранителей-друзей. Вот они подошли к руинам, и ее родитель сотворил заклинание. Двинулись дальше. Милайне казалось, что она со стороны наблюдает за отцом, настолько яркие были их образы. Да что там образы, если девушка в мельчайших подробностях видела развалины. Двигались они к зданию, сохранившему часть стен. Внезапно ее отец остановился и, что-то крикнув, развернулся назад. Перед ними прямо из воздуха появилось нечто черное, мгновенно расширившееся до огромных размеров. Охранники ее отца отреагировали мгновенно, отстреляв по непонятному существу, или кто оно на самом деле, из плазмеров. Но без какого-либо эффекта. А в следующий миг оно ринулось на отца, но встретило на своем пути телохранителей, мгновенно заслонивших его. Когда оно отступило, от них не осталось ничего, даже кучки пепла. И только сейчас она заметила на лице отца сильнейшее напряжение, словно он с кем-то боролся. «Ментальная магия!», — молнией мелькнула у нее в голове догадка.
Теперь девушка уже явно видела, что непонятное нечто бьется, словно его зажали в невидимых тисках. Более того, они сжимались, оставляя существу все меньше и меньше места. Милайна видела, как оно меняло несколько раз цвет, и после каждого такого изменения отец вздрагивал, а на лице появлялась гримаса боли, которую она никогда у него не видела. Вот, наконец-то, оно сжалось в точку и исчезло. Ноги ее отца подкосились, но он сумел устоять на них. И он принялся создавать какое-то заклинание, которое оставляло видимый след. Оно очень напоминало руны гномов, но ими не являлось — очень, уж, отличался рисунок. Девушка заметила, что создается оно как раз в месте, где исчезло существо. «Наверное, папа закрывает портал или делает что-то подобное», — подумала она. А когда рисунок вспыхнул и исчез, упал и ее отец. Девушка каким-то образом поняла, что он мертв.
В себя ее привело то, что один из конвоиров дернул ее за веревку, которой связали ей руки. Оказывается, наступила ночь и ее повели куда-то в сторону реки. Обращались эти конвоиры с ней, как с какой-то вещью, но бить не били и не насиловали. Последнее ее с одной стороны радовало, с другой она понимала, что это требование заказчика, и можно только догадываться для чего тому понадобилась девственница. А когда она услышала незнакомый шепот, то едва удержалась от вскрика. Этот неизвестный пообещал ее спасти, пуст и без гарантий. Но девушка уцепилась за этот шанс, что называется и руками, и ногами, и зубами.