Наверху — как у кремлевской стены — стоят ростовые зубцы. За них во время осады становятся лучники, либо арбалетчики, и выцеливают «мишени», бегающие у стены. Если правильно попасть — «кошка» цепляет за угол и свалиться может только при неосторожном, резком движении.

Легонько толкаю Барби, она цепляется за веревку, усеянную узлами и ловко, как обезьянка карабкается наверх, исчезая за парапетом стены. Жду, прислушиваясь и буквально принюхиваясь. Их два, охранника на стене. Они ходят по ней дозором и меняются каждые четыре часа. Ходят на самом деле не все время — присаживаются, и по-моему даже ухитряются спать на посту. Так-то я их понимаю — здоровенная, высоченная стена, на которую никто не сможет забраться — так на кой черт истово нести службу?! Расхаживать туда-сюда, будто скоро в поместье должен нагрянуть отряд степняков! Все тихо, мирно, в поместье несколько сотен тренированных, опытных бойцов — кто осмелиться напасть на такую армию?!

Это было просто-таки написано на его удивленном лице, ниже которого, на горле, зияла широкая, до самых шейных позвонков разверстая рана. Барби умудрилась перерезать ему глотку так, что даже не испортила кровью свою одежду. Впрочем — эту одежду все равно выкидывать, так что не особо жалко.

Днем было жарко, ни дуновения ветерка — ночью же подул ветер, и факелы, освещающие стену, затрепетали, отбрасывая на камни стены причудливые отблески. Пахло горелой нефтью и тряпками. Почему они на стене не используют магические светильники? Да кто их знает…не используют, да и все тут. Может магии жалко. Может — считают, что и четырех факелов по углам периметра за глаза хватает — тем более, что ночью светят две луны.

Как оказалось, Барби умудрилась приголубить и второго охранника — на противоположной стороне стены. Как успела — не знаю. Но даже не это главное — как она сделала так, чтобы он ее не увидел? Спроси ее сейчас — посмотрит на тебя голубыми глазами, и скажет, что не знает. Ну не знает она, да и все тут! Сделать — может, объяснить — нет.

Интересно, какие процессы происходят в голове после обработки этим самым черным снадобьем? И слава всем богам, что меня эта пакость никак не затронула. Точно, точно — не затронула! Я все эти дни прислушивался к своим ощущениям, ждал — что же изменится в моем организме, но…так и не дождался. Самочувствие — как всегда. Не выросли у меня крылья, не выросли клыки и когти — как был ботаником, так и остался. Ну…только высох, окреп — но это уже возрастное. Надо же когда-то и взрослеть? Ушла детская пухлость, ушла нежность кожи и розоволикость подростка (Мне так кажется, хотя императрица утверждает обратное — «Ммм…какой ты нежный! От твоего….молочком пахнет!» Тьфу.). Но это нормально. Все когда-то уходит.