После того, как оделся — меня ждал обед, принесенный Альдиной и Скарлой из столовой. Молодой растущий организм требовал много еды, особенно после вчерашних акробатических упражнений на плацу, так что ел я жадно и много, опомнившись только тогда, когда уже не мог проглотить ни кусочка. Остатки еды убрали — их доели Скарла и Альдина (не пропадать же продуктам!), и после недолгого отдыха я приступил к делу. Неприятному делу.

Первое, что сделал — разбудил девицу…как там ее? Расина, вот. Разбудил Расину. Для этого запустил поток Силы ей в мозг. Расина открыла глаза, похлопала ресницами, и…видимо попыталась дернуться, вскочить — я видел, как сокращаются мышцы живота, тем более что под тонкой кожей очертания «кубиков» просматривались великолепно. Жиру — совсем чуть-чуть, чтобы не казалась совсем уж…хмм…в общем, явно следит за своим весом.

Через несколько минут девушка скосила на меня свои неземные синие глаза, и хрипло спросила:

— Что ты со мной сделал?!

В голосе послышалась такая ненависть, такая ярость, что можно было подумать — это не она меня собирается убить совершенно ни за что, а я, проклятый маньяк, поймал несчастную девушку и пытаю, в угоду своим мерзостным маньячным наклонностям.

— Пока ничего — коротко отвечаю, и добавляю — Насколько я понимаю, отвечать на вопросы ты просто так не собираешься. И тогда я тебе расскажу, что тебя может ожидать. Видишь вон того здоровенного мужика? Ты вчера едва не сделала его кастратом. Он очень на тебя зол. Я отдам тебя ему, и он начнет сдирать с тебя кожу. Клочок за клочком. И в конце концов — останется только кожа на голове. Ты хочешь этого?

Меня даже слегка замутило от описания пыток. Отвратительно. Не буду я этого делать. Есть и другие способы причинить боль, не такие варварские. Меня учили делать экспресс-допрос. Я это умею. Но чтобы пытать такую красивую молоденькую девицу…смогу, конечно, но потом до конца дней будет сниться. Одно дело пытать мерзкого злобного боевика, руки которого по локоть в крови невинных людей, и другое — вот такого ангелочка. Хватит ли сил на это?

Девушка молчит, глядя в потолок, а я продолжаю:

— Сейчас у тебя парализованы руки и ноги, все тело — кроме дыхания, глаз и речи. Но ты чувствуешь боль.

Я наклонился и ущипнул девушку за сосок — мне давно хотелось это сделать! Больно ущипнул, будто ягоду срывал. Девушка широко раскрыла глаза и вздохнула, коротко простонав.

— Больно? — участливо спросил я — Это только начало. Хочешь умирать в муках? Изуродованной, калекой без пальцев, без глаз, с содранной кожей? Хочешь, чтобы тебя еще живую ели крысы? Ты этого хочешь? Думаю — нет. Потому ты должна ответить на мои вопросы. Все, что я захочу узнать — ты мне расскажешь. Иначе…будет очень плохо.