А потом я снял капюшон.

Нет, не скажу, чтобы все пали ниц. И даже на колено не опустились — хотя самый был подходящий момент. Ну как в кино — все так поразились, прослезились, и прямо ко мне — ручку целовать. Типа: «Хозяин, наконец-то!». Ничего такого (увы!) не было, но народ как-то сразу…расслабился, что ли. Может это моя эмпатия сработала? Вот почувствовал облегчение толпы, да и все тут!

А потом посмотрел…и когда успели набежать?! Да тут весь гарнизон собрался! Слуги! Рабы! Даже собаки, и те собрались! Кстати — одна попыталась тявкнуть на Уго, но когда тот двинулся к ней, подняв трубой хвост — тут же ретировалась, взвизгнув и поджав хвост. Не ее уровень, точно!

— Всем привет! — неловко сказал я, окидывая молчащую толпу взглядом — Не ждали?

И не дожидаясь ответа, тут же добавил:

— Ну вот, и я. Теперь я Глава Клана Конто, и значит — ваш хозяин. Нравится вам это, или нет. Сразу же хочу сказать: нахожусь в розыске по обвинению в заговоре против императора. А еще — недавно я убил троих инквизиторов.

По толпе прошел шепоток, и снова воцарилась тишина — такая сочная, такая глухая, что было слышно, как по крыше навеса стучат крупные капли, и как дышат люди, изо рта которых поднимался парок. Похоже, что температура снизилась до таких величин, которых тут никак не могли ожидать.

Моя вина. С воздухом надо работать умело. Получилось так, как если бы некто пытался нарубить хлеба топором — и столешница вхлам, и хлеб разлетелся по комнате.

Ну так что же…меня никто не учил работать с воздушными массами. Все по наитию, самоучкой — так что нечего меня винить! Да и не до тонкостей мне было. Попробую потом потренироваться, но не сейчас. Когда-нибудь.

— Итак, все те, кто боится последствий, кто не будет стоять за меня — можете покинуть замок прямо сейчас. Пока не стало поздно. Если останетесь, и вдруг предадите меня в разгар битвы — убью на месте. Вопросы есть?

Молчание. Никто не пожелал выйти вперед и сказать, что не будет мне служить. Боятся?

— Не бойтесь — откажетесь, ничего вам не будет. Просто уйдете, и все. Есть желающие?

— Нет, господин Глава! — раздался голос Лазиса — Мы будем вам служить, пока живы. И пока есть силы. Даже если к нам притащится вся императорская гвардия.

Стражники, которые стояли и мокли под дождем закивали, заулыбались, и я вдруг с очевидной ясностью осознал, что скоро многих из них не будет в живых. Молодые парни, взрослые, полуседые мужчины — скоро на кладбище возле замка прибавится могил. И ничего с этим не поделать — они сами выбрали свою службу и свою судьбу.