Или что-то ещё?
Рэм заставил себя открыть глаза. Может, дядя Серёжа что-то ответил в чате? Так ведь чат раньше работал беззвучно…
Системное что-то?
Он открыл белый «конвертик».
Это было извещение о том, что курсанту Рэму Стоуну назначена компенсация за несчастный случай по вине администрации станции. Две тысячи эрго.
Первые деньги, заработанные собственной спиной.
Рэм мог теперь рассчитаться с Ули. И даже что-то заначить на будущее.
Надо только коммуникатор вернуть, чтобы разобраться, куда приятелю эрго перечислять. Старый комм Ули выкинул…
Ладно, это потом.
Рэм судорожно вздохнул и провалился в сон.
Глава 25
Утром Рэм поднялся на автомате, не просыпаясь. Мир был какой-то весь механический, не настоящий. Он смотрел на него и не верил.
Съел кашу, потащился куда-то вместе со своей группой. Оказалось, что в раздевалку спортзала.
Сержант Астахов пригнал платформу, груженную пакетами со спортивной формой. Рэму он сначала выдал его пакет, а потом спохватился:
— Я ж тебе сказал сегодня не приходить!
Рэм пожал плечами: он просто забыл.
— Ладно, переодевайся, — махнул рукой сержант.
— А ему не ту форму выдали! — наябедничал Лудди. — Ему надо двадцать второй номер.
Райские прихвостни захихикали.
Шутка была хитрая. Вряд ли сержант смотрел голофильм про суперлузера, у которого на спине красовались эти самые 22.
Лудди подскочил и хотел дружески стукнуть Рэма по спине. Пришлось резко просыпаться и отскакивать от кретина.
Рэм два дня спину берёг. Но отскочил не от страха.
С ним случилось странное: он больше не боялся, когда глядел, как шушукаются приятели Рая.
Страшного пацан насмотрелся вчера. Когда мясо и кости пополам с пеной.
Что могут с ним сделать Рай с приятелями? Подловить там, где нет камер, и избить?
Но с ним всё равно не случится такого, как с Ардо. А значит, улыбаться он сможет и без медицинской дряни в крови.
— Иди к Хэду! — прошипел Рэм так зло, что Лудди, не ожидавший отпора, трусливо удрал под защиту приятелей.
Лохматый даже не нашёлся враз, что ответить. Не понял: то, что Рэм видел вчера, успело его изменить. Проросло за ночь и пустило корни.
— А ну — разговорчики! — крикнул Астахов. — Переодевайтесь! — И показал Рэму свободную кабинку. — Комбинезон сюда, дверь запечатывается личным браслетом.
Рэм начал снимать комбинезон, и понял, что пластырь со спины уже потихоньку отваливается, как насосавшаяся пиявка.
Если бы не спортзал, а какие-то обыкновенные занятия, сегодня можно было бы и потерпеть без укола. Спина ныла, конечно, но только если он её чем-нибудь задевал, а не сама по себе.
Однако сегодня спортзал, а потом ложемент…