Но будет не так-то просто. А Газон — молодец. Из всех парней у него самые крепкие нервы, он не сорвётся. Устойчивее только Царевич, но у Руслана будут свои задачи.

Распрощался с парнями, говоря, что утром они понадобятся. Маугли в курс дел мы не вводили, пусть возвращается и думает дальше, присоединяться к нам или нет. Мне же кажется, что он вернётся, но пока не хочу его грузить.

Я вообще не хочу кого-то подводить под эти разборки. Уж кто-кто, а мы заслужили мир и спокойствие. Но за это снова придётся подраться. Уж я к этому точно готов.

Утром обсудим, раздам всем поручения, обдумаю сам, пока пусть спят. Суть ещё в том, что за нами сейчас могут следить, и то, что собираемся что-то делать, они сразу увидят.

Так что пусть все расслабятся и готовятся к завтрашнему дню. Там каждому будет чем заняться.

Я уже понимал, что делать.

— Подбросишь до дома? — спросил я у Славы Халявы.

— Ну так я же не пил, — пробурчал он. — Сижу трезвый весь вечер, сам видишь.

— Не бухти. Утром не пропадай, разговор будет, — я огляделся в поисках Даши. — Ну, поехали? Всё в силе.

— Ну, — она замялась.

— Поехали уже.

В машине я её приобнял, и она прильнула ко мне.

В заднее окно видно, что за нами ехала грязная пятёрка. Скорее всего, их отправил Гарик следить за нами, у Налима сейчас своих проблем хватает. Будет готовиться всю ночь. А про меня пусть думают, что я развлекаюсь с девушкой, и утром буду тёпленький. Расслабятся.

До просмотра фильмов с Дашей ожидаемо не дошло. В моей старой квартире мы впервые остались наедине по-настоящему и надолго, и быстро перешли к делу, даже чайник не поставили.

Увёл её в свою комнату на узкую кровать, оказавшуюся очень скрипучей, но нас это не смущало.

После лежали рядом. Кровать была узкой, в середине продавлено, и мы постоянно друг к другу скатывались. В доме прохладно, но нам было жарко, тела покрылись потом. Шерстяное одеяло куда-то улетело, подушка совсем сбилась. Просто лежали, разглядывая друг друга в полумраке. Отлично видел очертания её тела и мог дотронуться до очень гладкой кожи.

— Заживает хорошо, — она дотронулась до моего бедра мягкими тёплыми пальцами. — А этих не было.

Даша потянулась и провела пальцами по спине, где у меня оставались шрамы.

— Это уже после госпиталя, — я взял её за руку и легонько сжал. — Оконную раму выбило, спину посекло. Едва всё достали.

— Ох, тебе досталось, — она пододвинулась ближе. — И второй раз в госпиталь ложиться не стал?

— Не до этого было. В санчасти перевязали и всё, зажило потом.

Вскоре она уснула, уткнувшись лицом мне в плечо. Я немного подумал и сам начал засыпать, и перед глазами уже двигались картинки. Но голова пока отключалась, я понимал, что это сны. Сны прошедших боёв, но уже не вызывавшие такой тревоги, как когда-то.